Машьелис расцвел, хитро уверил публику, что у него уже все схвачено и уважаемые гости академии, коль пожелают зайти в третий корпус к прорицателям, в кабинет рисования, увидят точную копию его работы на выставке.
Едва гости АПП тронулись дальше по коридору, внимая речам ректора, как лукавая улыбка сбежала с лица дракончика, он рывком захлопнул дверь в коридор и горячо прошептал:
– Это он! Ребята, от толстяка-советника Ширьлу пахнет, как от шкатулки и шариков Цицелира.
Ведь точно он! Он и в больнице у дриады и сирены был, медичка говорила! Только прямых доказательств-то нет!
– Надо Гаду передать! – тут же загудел тролль.
– Что передать? – Открыв дверь из лаборантской, в аудитории появился декан. При этом не только Машьелис, но и вся компания продолжала слышать голос Гада, дополняющего речь Шаортан о новом оборудовании академии.
Янка сначала вылупилась на мужчину, как на привидение, и только потом вспомнила о расовом таланте дэоров к размножению личности, то есть творению подобий.
Машьелис торопливо повторил свою речь и снова закончил ее сожалением об отсутствии улик.
– Как нет доказательств? А запах? – непонимающе перебил напарника Хаг.
– Это не тот запах, который учуять можно, иначе я бы давно все понял, – хмуро отметил декан, многозначительно потирая свой выдающийся нос, и предложил дракончику: – Поясни.
– Это дар Ветров из храма.
Я чуял Аромат Сути! – отчаянно зашептал Лис.
– Надо эту сволочь на чистую воду вывести, пока он никаких новых пакостей не сотворил! Только как? Ждать, пока он иллюзии Сада навредит? Если он тишком это сделает, как доказывать-то? – озадаченно почесал затылок тролль, поглядел на свои могучие руки и с сожалением покачал головой, понимая, что в данном случае выбить признание из высокопоставленного мерзавца не получится.
Янка синхронно вздохнула.
Вот ведь история! Кто бы мог подумать, что во всех диверсиях против академии замешан член городского совета. И зачем ему все это понадобилось? Девушку вообще ставило в тупик желание отдельных личностей навредить кому-то. А тут уважаемый горожанин – и преступник!
– Нельзя ли ему какое-нибудь снадобье предложить? – осторожно уточнил Стефаль у декана как большого специалиста по всякого рода составам.
