За обиталищем зверушек Стефаль изумленно воскликнул:
— Крапива!
— Да ну, в темноте? — не поверил глазам Хаг.
— Бывает, — вдруг щегольнула осведомленностью Янка. — У меня мама как-то для урока информацию отыскала. Крапива вообще-то не растет в пещерах, но исключения встречаются! Наши ученые нашли такую особенную. Предполагают, что в эпоху оледенения, спасаясь от холодов, крапива могла перебраться в пещеры и приспособиться жить без света.
— Он тут был. — Лис ткнул в протоптанную по краю крапивных зарослей тропинку, на которой растение не успело подняться.
Друзья осторожно, цепочкой, просочились по тропинке в следующую пещеру, где опять не было ничего, кроме малого родничка и россыпи поганок. В очередном зале, отделенном от предыдущего длинным вертлявым коридором, магические огоньки Стефа не понадобились. По пещере, на пороге которой замерли блюстители, разливался зеленовато-синий свет. Мириады светящихся точек созвездиями покрывали потолок, как это бывает в детских комнатах, и, не останавливаясь на достигнутом, продолжали украшение «квартиры» свисающими занавесями из отдельных нитей, унизанных яркими каплями.
— Ох ты ж, красотища какая! — благоговейно выдохнул тролль, проникнувшись нерукотворным величием природы.
От звука его голоса сияние быстро погасло. Словно кто-то невидимый щелкнул выключателем и вырубил свет."
"— Они живые. — В голосе эльфа послышалась улыбка. — Светлячки! Право слово, воистину вид прелести неизъяснимой.
— А гаснут, когда пугаются, умно, — оценил Машьелис и, сверившись с картой, двинул из Пещеры светлячков налево.
Стоило друзьям отойти подальше, как за их спинами успокоенные обитатели вновь начали включать освещение. Да так ярко, что хоть читай! Еще минут пятнадцать пути прошли скучно, безопасно и впустую.
— Ничего не слыхать? — поинтересовался Лис у тролля.
Тот приостановился, поводил из стороны в сторону головой, слазил в сумку, достал колбаску и, надкусив ее, промычал:
— Не слыхать!
— Может, сами покричим? — растерянно предложила Янка.
Казавшееся почти простым пророчество после перемещения на место обрастало сложностями буквально на глазах.
Особенно очевидной стала сия истина, когда девушка покосилась на карту в пальцах Машьелиса. Паутина сумасшедшего паука, страдающего манией величия, должно быть, выглядела именно так.
— Яна, это горы, коридоры, каверны, звук в пещерах распространяется непредсказуемо, — посетовал Стефаль и поежился.
Средь тонн камня, обступивших его, эльф чувствовал себя не слишком уютно.
