Услыхав рассуждения о Либеларо, остальные члены команды тоже предпочли отступить и занять выжидательные позиции вокруг парочки. Между тем погода начала меняться. Нет, солнце по-прежнему светило ярко, но по улочке понеслась поземка, стали закручиваться снежные вихри. Поначалу мелкие, они росли на глазах, и вот уже, соединившись, превратились в полноценный буран.
Юные влюбленные попытались укрыться от него, юркнув в дверь дома, да не тут-то было. Дверное полотно словно примерзло к раме и не поддавалось ни усилиям парня, ни совместным действиям Керды и Гидара.
Девушка зло всхлипнула, парень выругался. Буран разом, нет, не утих, раздался в стороны, заключая парочку и блюстителей пророчеств в широкий круг, за которым вовсю бушевала стихия. Внутри же, как в глазу бури, было тихо, светло и очень-очень, до звона, холодно. И еще там оказалось на одну персону больше, чем изначально. Рядом с говорливым пареньком, обнимавшим свою любимую, стояла высокая прекрасная женщина, закутанная в белые меха.
Синие, как осколки древнего льда, глаза осматривали людей с задумчивым интересом.
— Вот и Снежная Владычица припожаловала, — констатировал очевидное Лис.
— Красивая, сейчас паренька заколдует, — отметила Яна, немного удивляясь тому, что Владычица оказалась не хрупкой блондинкой, как Снегурочка, внучка Деда Мороза, или ожившей ледяной статуей, как Снежная королева, а чернобровой величественной девой наподобие валькирии-брюнетки, только потоньше и без меча.
Осмотрев Гидара с какой-то равнодушной жадностью, красавица выдала, оправдывая догадку блюстительницы:
— Ты будешь моим королем.
Повела рукой. Из-под ее пальцев заструилась белая пелена, легшая на лицо юноши ледяной маской. Напряженное выражение, в котором страх мешался с упрямым стремлением защитить спутницу, покинуло лицо человека, оно приобрело безразлично-кукольный вид. Такая же апатия, кажется, накрыла и Керду.
— В чувство девицу привести надобно, а то провалит пророчество, — принахмурясь, шепнул Хаг и надломил лист Игиды.
Девушка словно очнулась, треснули оковы равнодушия, жаркая волна возмущения прогнала холод. Бледные щеки чуть зарозовели, ее перестало потряхивать. Теперь уже она, упирая руки в бока и притоптывая сапожком, пошла в наступление на Снежную Владычицу.
— Оставь его! — преодолевая ужас и холод, кричала Керда, громко требуя свободы для Гидара.
