Азарт так захватил девушку, что она очнулась лишь от удара колокола и поняла, что вспотела почище, чем на полосе препятствий, дышит как загнанная кобыла, и руки подрагивают от усталости.
– Молодец, – похвалила старания ученицы Леора и даже потрепала девушку по плечу.
А вот сирен похвалы не удостоился. Ему мастер строго объявила:
– Ты ленился. Если на следующем занятии по обороне не будешь достаточно стараться, придется заниматься дополнительно.
– У меня запутались волосы и сломалось два ногтя, – обиженно простонал Пит.
– А-я-яй, – фальшиво посочувствовала Леора, уперев руки в бока и опасно прищурившись. – Чем же тебе помочь? Может, назначить отработку на площади? Там, говорят, плиты грязные, немытые. Обломаешь весь маникюр, и ни о чем больше переживать не придется.
– Не надо, мастер, – окончательно разобиделся непонятый красавец, сложив губки бантиком. – Я буду стараться.
– Надеюсь, – усмехнулась мастер, ничуть не задетая обидой самовлюбленного сирена.
А Янке в этот раз было совершенно плевать на все справедливости и несправедливости мира, самым важным для нее сейчас оказалось попасть в душ, пока однокурсницы не вернулись с занятий.
Первые парни, не бегущие шумной гурьбой, как обычно, а чуть ли не плетущиеся нога за ногу, как столетние старички, уже показались у входа в зал. Кажется, тренировки владеющих оружием студентов похлеще, чем занятия неучей. Лис вот хоть и двигался более проворно, чем остальные, был мокр от пота, как мышь, пытавшаяся утопиться в унитазе.
Хаг же раскачивался из стороны в сторону, подобно медведю-шатуну, и потирал бок. Это с какой же силой и чем надо звездануть толстокожего тролля, чтобы отбить что-то ему, а не собственную руку? Напарники кивнули Янке и скрылись в мужской раздевалке.
Леора о чем-то толковала с Ольсой, поэтому в женской раздевалке пока не было никого, не считая Ириаль. Вампирша тихо материлась сквозь клыки, разглядывая обломанный алый ноготь, вполне годный на то, чтобы величаться когтем. Исходя из того, каким прочным даже на вид казался маникюр красотки, Янка и представлять не хотела, чем таким пришлось заниматься Шойтарэль.
То ли увидев, то ли почуяв постороннее присутствие, вампирша ругаться перестала и уставилась на растрепанную и взмокшую девушку.
– Чего ты? – Яна не стала даже гадать о причинах столь пристального внимания и просто задала вопрос."
"Ириаль, раздувая ноздри, постояла, покачиваясь с пятки на носок, и выдала:
– Я не буду мстить.
