Она встает на возвышение и наматывает прядь невестиной шевелюры на кулак. Девушка при этом должна присесть и повиснуть на собственных волосах. Если в руках у свекрови не останется вырванных прядей, то махр за тебя возрастет еще больше…– видя выражение ужаса на лице Амаль, Наджва невольно прыснула, – да хорош тебе, я же шучу… У Фахда нет матери… а у тебя, соответственно, свекрови… а женам отца Фахд такое не доверит с тобой провернуть… Особенно, Юлианне, у них с ним плохие отношения…
– Кто такая Юлианна?
– Третья жена отца.
Самая молодая… Думаю, вы скоро с ней тоже познакомитесь. Ладно, мне пора… Отдыхай и набирайся сил… Скоро вернется брат… Наверняка, они уже заключили никах (прим. мусульманский брак) с твоим отцом. При наличии законного опекуна твое присутствие, как ты знаешь, не нужно. Так что он поспешит получить то, что полагается мужу… – снова обернулась на нее, многозначительно хихикнула и была такова…
Глава 24
Амаль
Ее позвали в кабинет к шейху ближе к обеду. Амаль чувствовала в душе какую– то притупленную пустоту, и в то же время откуда– то проснувшуюся из глубины души уверенность в своих силах.
Видимо, все противоречивые эмоции– смятение, растерянность– были через край выплеснуты еще с утра, в ходе их непростого и откровенного разговора с Фахдом… а сейчас… Сейчас была твердость и решимость…, и встреча с Наджвой ее только укрепила в своем настрое– бороться за себя… Не давать обстоятельствам заставлять себя плыть по течению. Лишь бы этим правильным, бойким эмоциям не исправиться, стоит ей снова встретиться глазами с испытующим взглядом Шерифа Макдиси…
После разговора с Наджвой Амаль много думала… Удивительно, насколько все– таки нравы людей в Заливе отличались от нравов их семьи, их народа… Сможет ли она принять и ужиться? Пока все развивалось отнюдь не по ее сценарию, но… Как говорил отец, если ты хочешь победить, не обязательно иметь все козыри в руке, достаточно просто поставить на кон свою жизнь… Так было сейчас и у нее… Речь шла не о сиюминутной интрижке, а о ее будущем, о ее судьбе… Один неверный шаг– и все, ты не в дамках, а в пожизненных пешках… Так разве может она сейчас себе позволить раскисать и молча принимать все то, что ей навяжут… Ну уж нет… Пора брать себя в руки, или она не Амаль Увейдат… Или отец горько ошибался, тратя свое драгоценное время на воспитание дочери…
– Амаль, дорогая, проходи…– дружелюбно, но снисходительно обратился к ней правитель Дубая, восседая за шикарным столом.
