А в тот момент вдруг накатило такое одиночество, такое сожаление, такая боль… Она отдаляла его от себя, но и он никогда не стремился сближаться… Наоборот, подсознательно даже стеснялся ее… А теперь вдруг отчетливо понял, что не осталось больше в этом мире по– настоящему близкого по крови ему человека…
Марина любила отца Анвара… До одержимости любила… Влюбилась в него с первого взгляда, как только робко пересекла порог его офиса, придя на собеседование по соисканию должности секретаря…Да, для нее его гибель не стала ударом и трагедией, как возможно, для Влады, его законной жены на тот момент… Это Влада в тот день потеряла мужчину.
Марина же никого не теряла, потому что Карим никогда ей и не принадлежал… Но осознание этого факта всю жизнь убивало ее, как вялотекущая смертельная болезнь– сильнее, чем шок и боль от пережитой один раз потери любимого… Так уж устроена человеческая психика– человек теряет родного, испытывает страшную боль– и в этот момент включаются все наши защитные функции организма.
Те же слезы, обмороки, нервные срывы во время похорон– выхлоп, катарсис, позволяющий перенести свои страдания на открытые эмоции… Это своего рода обезболивающее… Оно с нами до тех пор, пока острая боль от потери не притупляется… В ее случае не было ни обезболивающего, ни лекарства…
Она чувствовала себя никем… Ничтожной, ненужной… Их секс был нелепостью, ошибкой, даже не результатом сильного сексуального влечения… Прямолинейный Карим никогда этого от своей стеснительной греческой секретарши и не скрывал… Весь он целиком и полностью принадлежал своей жене, про которую Марина говорила только с ненавистью… презрительно, завистливо, злобно, источая желчь…
Первое время, когда отца, изредка мелькавшего в жизни Анвара до гибели, не стало и красивая незнакомка с медовыми глазами и волосами вдруг стала забирать его на выходные в их огромный дом с Васелем, он тоже ненавидел ее… Потому что мать говорила, что нужно ненавидеть… Но с радостью отдавала ребенка, потому что никогда им заниматься и не хотела, предпочитая посвящать время мимолетным интрижкам.
Тогда Анвар смотрел на Владу, как маленький озлобленный волчок, даже пакостничал… Но в ответ– только забота, теплота, любовь… Внимание, которого ранее он и не знал вовсе… А потом… Потом вдруг понял, почему отец отдал себя целиком и полностью этой женщине… Было в ней что– то сказочное, одновременно трогательное и притягательное…"
"Анвар часто задумывался о своей неестественной тяге к Владе.
