- В кабинете она, слышал? – рыкнул Арбин, - так вот завтра вечером твоя дорогая племянница окажется в спальне моего начальника охраны, понял? Завтра в шесть часов я жду всех своих ребят! Всех, урод!
Звонок отключился, а я так и замерла от услышанного. Черты лица этого демона заострились, сейчас он был похож на животное… на дикое безобразное животное. Быть может, девушки и вешались на него толпой, но в свете последних событий он был для меня чудовищем и внутри, и снаружи.
- Вы не имеете права! – проговорила я, резко поднимаясь с пола и тут же отшатываясь от наступающего демона.
В голове начало пульсировать, принося нещадную боль.
- Что я не имею? – ухмыльнулся он и грубо схватил меня за локоть, вырывая болезненный крик из моей груди.
- Права! Так поступать вы не имеете права! Отпустите меня немедленно! – закричала я и забилась в руках чудовища, словно пойманная птица, - вы урод! Моральный урод!
Я продолжала бить его, чем попало, пока моему похитителю в конец не надоело, и он не кинул меня, как бездомного щенка на диван.
Со злорадством я подумала о том, что все-таки смогла еще раз угодить ему своей ногой в больное колено.
- Не тебе говорить о моих правах, рыжая! Иди, умойся и искупайся, - поморщился он, - а то даже трогать противно…
- Я и не подумаю мыться, - продолжила я, пытаясь унять свое бешено колотящееся сердце, - так вы ко мне хотя бы не прикоснетесь!"
"Пронзив меня убийственным взглядом, Арбин оглядел меня с ног до головы, а затем он спокойно произнес всего одно слово:
- Марат!
Я испустила вдох, а затем кинула взгляд на вошедшего.
- Это Марат, - услышала я железный голос своего похитителя, обращенный ко мне, - это не значит, что его зовут Марат, не глупи. Это его прозвище от слова марать. Он любит марать руки о таких непослушных людишек, вроде тебя.
Арбин отвернулся от меня, чтобы дать указания:
- Проследи, чтобы к завтрашнему дню она была чистая. Я слишком уважаю своих людей.
- Не буду! – закричала я, вскакивая с кожаного дивана и совершенно забывая о том, что платье этот урод давно взял и выкинул, - ко мне никто не прикоснется, понял ты?!
- Рыжая, держи свой язык за зубами и проваливай мыться, я сказал! Уведи ее от греха подальше, Марат.
Я не могла произнести ни слова от кома, застрявшего в горле и сдавившего все дыхательные пути. Глотая воздух распахнутыми губами, я почувствовала прикосновение грубых рук к своей коже, а на глазах стояла пелена, через которую я ничего не видела.
