"
"- Влада, ты представляешь, какая на мне ответственность? А если с ребенком что-то случится? Я и сейчас с трудом смотрю в глаза Арбинскому, ведь у него так и теплится надежда, что с ребенком все хорошо…
- С ребенком все хорошо. Я не просто вынашиваю ребенка, не забывай: это МОЙ малыш, Влад, - твердо произношу я, - и я никому не отдам его!
- Я даже не намекал на это, ежик, - смягчился мужчина, понимая, что ляпнул, - я переживаю за вас. Я затеял твой побег и на мне огромная ответственность за вашего малыша. Будь осторожна, я прошу тебя, - примирительно произнес Влад.
Я успела только кивнуть, и мы в знак примирения пожали друг другу руки.
- Тебе через многое пришлось пройти… Я постараюсь исправить его ошибки, - произносит Влад с сожалением, - и первым делом мы решим проблему с наследством. У меня есть план.
Вскоре мы спускаемся вниз, где я впервые встречаю эту девушку - Нину».
Именно тогда я познакомилась с той девушкой, что прочно засела в сердце Владислава Цесарского. Не знаю было ли это взаимно, но девушка мне очень понравилась.
Бойкая, маленькая и безумно милая Нина. А еще понимающая все – каждый взгляд. Она единственная знала истинную историю обо мне и Арбине - они с Владом знали. И тогда мы с ней обо многом поговорили – с девушкой по имени Нина, она стала мне ближе, чем я сама того ожидала.
Я думала, что Нина и Влад вместе, но это оказалось далеко не так. Нина постоянно называла его жестоким тираном, но я в тот вечер наглядно ей объяснила, как выглядят жестокие люди. И что они делают.
Не знаю, прониклась ли она моей историей, но в ее глазах не было убивающей меня жалости – наоборот, Нина пыталась всячески меня разболтать и развеселить, и у нее это получалось. Вскоре Влад вновь уехал в столицу, покинув меня. У него работа такая – отвлекать Арбина и не вызывать подозрения, ведь Влад и так слишком часто стал уезжать из столицы.
Он уехал. Уехал туда, где жил самый настоящий жестокий человек.
Арбин.
Влад нашел правильное место, где я укрылась. Есть и алиби, и люди, которых он знал.
С той осенней поры Влад не приезжал сюда более, чтобы не вызывать подозрения в столице.
Вскоре после того разговора Влад лично связался с дядей по моей просьбе, и теперь материальная помощь Влада, которую он оказывал мне на начальном этапе самостоятельной жизни и которую мне приходилось принимать, была мне не нужна. Я отвергла ее сразу, как только вступила в права наследства.
Я связывалась с дядей всего лишь раз, но он ничего не знал о моей беременности.
