Действительно повезло, ведь тогда все бы пошло иначе.
- Суть, какая она есть: ретроградная амнезия дает все шансы на то, чтобы слепить из Арбина другого человека. Шансов на возвращение памяти после длительной комы мало. Врачи говорят, что если такое чудо и случится, то только с событиями давних лет. Ты слушала меня? То, что я читал тебе? – недовольно пробормотал Марат и вновь уткнулся в текст, - слушай: если память начинает восстанавливаться, то это происходит с более отдаленных по времени событий. Изначально в памяти больного всплывают самые отдаленные события, а потом и события, предшествовавшие травме.
Такая последовательность возвращения памяти отражает закон сохранения памяти Рибо: согласно ему, первыми из памяти стираются недавние и свежие события, а последними – события давних лет.
- И что? – устало вздыхаю я.
- А то, что максимум, лиса, что плохого может вспомнить Арбин – это отрывок из его детства, где отец Арбинский убил его мать. В детстве у него не было людей, способных остановить запущенный жестокий механизм, ребенок после случившегося застыл в этом промежутке времени и получил мощнейшую травму.
Возможно, если он вспомнит это вновь, ему будет так же тяжело – и не меньше! Однако, Влада, в этот момент времени у него будешь ты, и с твоим присутствием тот механизм даже не запустится.
Я откидываюсь на спинку мягкого кресла и смотрю на Марата. Мы притаились в ресторане в отдельной, укрытой от лишних глаз зоне. Это была наша с ним встреча перед моим возвращением к Арбинскому в новой для меня роли – роли жены.
Я взвешивала все за и против, и вскоре я приняла решение.
- Он не вспомнит о том, кто я? – шепчу я, - ответь честно мне, Марат, ведь через какое-то время, если все будет хорошо, я привезу и познакомлю сына с его отцом, и я боюсь того, что может произойти. А он может разозлиться и разлучить меня с ним, а может… Да может что угодно, Марат!
Марат спокойно вздохнул:
- Девочка, есть его максимум и все. В твоих руках диагностики на современных аппаратах, проводимые Арбинскому все месяцы лечения и восстановления.
К сожалению, важная часть его головного мозга пострадала в той автокатастрофе. Даже не медик поймет это на снимке – вот он, смотри. К тому же я тебе обещаю, что мы с Владом всегда будем рядом, и к тому же, - еще раз выделил Марат, - первые месяцы ты будешь без сына. Так ведь безопаснее, согласна?
Киваю, согласна.
Смотрю на снимки. Понимаю немного, читаю результаты, вижу роспись главного врача и печать государственного учреждения.
