Вот как теперь называется изнасилование? Некоторые действия...
- Чтобы начать качественное лечение, необходимо сперва сделать ультразвуковую диагностику. Осмотр – это крупица того, что нужно провести, ведь вы понимаете?
- Если бы я понимал, я бы был врачом, Марго. И в твоих услугах бы не нуждался, - отрезал Арбин, - я сейчас же отправлю охрану за лекарствами, Влада начнет лечение с утра, - пообещал Арбин, - все. До вечера, Марго. И держи язык за зубами!
Женщина лишь кивнула и кинула напоследок на меня тревожный взгляд:
- Лечись, Влада, - попросила Марго, а затем повернулась к застывшему мужчине, - и вы проследите за этим, если хотите, чтобы в дальнейшем у нее были дети.
Я ничего не ответила на это, хотя ответа от меня и не требовалось. Врач ушла вместе с Арбином, а через десять минут одинокие шаги стали приближаться к спальне. Я поплотнее укуталась одеялом и прикрыла глаза. Я старалась заснуть, однако все это время только и чувствовала, как он заходит в спальню, как он приближается, как он ложится рядом и придвигается ближе.
Не задевая меня.
- Поспи немного, но я уже отправил кое-кого за лекарствами и поэтому через полчаса разбужу тебя.
Послышалось тяжелое дыхание сзади меня. Мне казалось, что он прямо прожигает мою спину своими янтарными глазами, и из-за этого чертового ощущения я была напряжена и не могла заснуть. О чем он думает? Что он думает? О том, прав или не прав был? Или же его вовсе не мучают муки совести, а он просто думает о том, куда и когда бы меня сбагрить? Я искренне надеялась на второй вариант, потому что если он не отпустит меня, то я сбегу сама.
Я уже была на грани реальности и сна, как услышала странные тихие слова:
- Ты не спишь, - прозвучало утвердительно, а я – молчу.
Вздох. Кажется, его вновь покидало терпение.
- Повернись на другой бок… ко мне.
Без лишних слов я выполнила его приказ, потому что спать хотелось очень, а вот он явно был не настроен к моему строптивому поведению. И мне не хотелось выводить его еще раз.
Мне хотелось уснуть, чтобы хотя бы ненадолго перестать чувствовать боль. Нужно повернуться к нему? Нужно уснуть, уткнувшись в его грудь? Все ради своего обезболивающего сна.
- Ближе, - приказал он, притягивая меня за локоть и вынуждая делать эти движения на постели, о боли которых он прекрасно знал. Но и я не забывала, что он – зверь, безразличный к желаниям другим.
Я оказалась почти рядом с его лицом и почувствовала тяжелое дыхание Арбина на себе.
