Он все прекрасно замечал. Как же иначе? От него не скроешься и ничего не утаишь, а от его янтарных глаз и испытующего взгляда – и подавно.
- Тебе нравится эта спальня, Влада? – услышала я вопрос, что застиг меня врасплох. Я так и осталась стоять, словно неведомыми силами прикованная к стене.
Но ответить было нужно. Вопрос – непростой, его взгляд – тоже.
- Спальня как спальня, - с неохотой отвечаю я, попутно оглядывая царившую здесь роскошь."
"Арбин медленно повернул голову, вцепляясь в меня своим взглядом.
Его руки были под головой, а положение казалось слишком расслабленным на первый взгляд. Но первый взгляд обманчив, очень обманчив. Зверь по имени Арбин всегда готов к выпаду. Я это знала.
- В твоей спальне в доме дяди… было также? – спрашивает он.
- Нет, - покачала я головой, не понимая, к чему ведет этот жестокий человек, - там было иначе.
- Как? – нетерпеливо спрашивает он, не делая никаких движений. Я тоже стояла у стены, не желая приближаться, - я не про расстановку мебели и прочего дерьма.
Я хочу знать, что еще ты подразумеваешь под словом «иначе»?
- Там был мой дом. Там царил уют... А ваш дом для меня чужд, как это и должно быть для… пленницы.
Произнесла я и только теперь задумалась о реакции Арбина на свое опрометчивое высказывание. Я вскинула напряженный взгляд и встретилась с его глазами. Арбин медленно поднялся и сел на кровати, проведя своей рукой по покрывалу несколько раз, и от этого движения ужасные воспоминания застигли меня врасплох. Здесь он насиловал меня, здесь подавлял мою волю, на этой кровати он присваивал меня себе и дарил боль.
А сейчас он смеет спрашивать, нравится ли мне его спальня?
Нет, не нравится. Я это место ненавижу.
- Вы будете завтракать, Арбин? – процедила я с ненавистью, недвусмысленно указывая на дверь. Есть хотелось очень – я забыла, когда ела в последний раз, но мужчина слишком медлил, и причину этого я не знала.
Он остановил свою ладонь и прекратил движения по покрывалу, а затем медленно поднял на меня свой взгляд.
- Меня зовут Артем, Влада, - внезапно произнес он и встал с кровати, направляясь прямо ко мне, - тебе запрещено называть меня Арбином, поскольку впредь ты не имеешь никакого отношения к моей другой стороне.
- Впредь вы не будете меня насиловать? – подняла я голову, - иначе как я перестану иметь отношение к другой вашей другой стороне – жестокой стороне?!
Мужчина сжал губы в тонкую линию и остановился напротив меня на расстоянии вытянутой руки.
