Я бы назвал это байкой, да только Генерал того мужика прямо к посёлку Нефтяников отнёс и в сотне метров от окопов аккуратно на травку уложил, после чего ушёл. Видело это человек двести. Вот так.
– Столько бед из-за кучки зажравшихся олигархов. – Туман с ненавистью скривился. – Как думаешь, Коля, есть у нас шансы до них добраться? Уж больно хочется."
"– Не знаю, – покачал головой майор. – Сейчас от Рентгена всё зависит. Точнее, от того, насколько он окажется ценен для своего начальства, когда то узнает о его чудесном воскрешении.
Потому что иначе отсюда не выбраться. Зуд убивает за двое суток. Самые стойкие сходят с ума. Единственный способ – это сыворотка Кугельштайна или её несильно качественный отечественный клон. Для этого нужны деньги и своевременная безопасная транспортировка. За полчаса такое не организуешь.
– Медведь! – из лестничного тамбура появился Шорох. В руках у него обнаружились рулетка, карандаш и листы бумаги с наскоро расчерченными планами этажей базы. – Надо бы подумать, как внутренние перегородки сдвинуть, чтобы дополнительные комнаты сделать, а то пополнение размещать негде… – Он увидел рулетку у Медведя и кивнул: – А! Ты уже меришь… Я на минус первом замеры сделал, там можно две комнаты добавить, если потесниться.
Здесь, я думаю, можно организовать одну большую комнату для Тумана с Лавандой на двоих, только куда Ферзя девать?
– Будку пристроим снаружи, – усмехнулся Медведь. – Туалетную. С дыркой в полу. Будем сбрасывать его туда на время Выброса.
– Я – «за»! – Шорох недобро улыбнулся.
– А если серьёзно? Ему же камера нужна, а у нас везде перегородки тонкие. Может, на первом этаже, на складе, кирпичной кладкой небольшой кусок отгородить? Пусть там сидит! А на время Выброса будем его вниз забирать. – Боец перевёл взгляд на Берёзова: – Туман, а ты что один, где Лаванда? Я когда её увидел, даже не узнал сразу. Никак не ожидал, что она помолодела лет на десять.
– Её сразу после душа забрали учёные, проводить серию тестов и прочих научных анализов на тему воздействия обратной регенерации.
– Берёзов тихо прыснул. – У Айболита аж глаза горели. В общем, ей представилась редкая возможность на собственном опыте прочувствовать, каково приходилось её подопытным. Теперь я испытываю некоторые сомнения в том, что её мне вернут.
– Айболит? Пациента? Добровольно? Никогда! – хохотнул Медведь. – Придётся отбивать. Ничего, пару дней пострадаешь от одиночества, за это время мы подвинем перегородки и соорудим вам отдельную жилплощадь.
