Никита Кудасов обогнул автомобиль, сел в салон."
"Снайпер дождался, пока вошедший в подъезд человек убрался в свою квартиру. Он слышал, как поворачивался ключ в замке, как закрывалась дверь. Объект уже скрылся в автомобиле. Это не имело существенного значения: снайпер все равно видел его за слегка отблескивающим лобовым стеклом. У него было прекрасное объемно-пространственное ощущение. Он навел прицел на ту точку, где гарантированно находилась голова Кудасова. Из-за семерки вырвалось белое облачко выхлопа — объект запустил холодный двигатель.
Давай! — сказал себе снайпер.
— Никита, — позвала Наташа сзади. Кудасов повернулся к ней.
Снайпер плавно нажал на спуск.
В лобовом стекле семерки образовалось отверстие, окруженное паутиной трещин. Подполковник Кудасов ощутил удар пули в голову. Пронзительно закричала Наташа.
Снайпер аккуратно положил СВД на пол. И быстро двинулся к выходу с чердака. На лестнице он не встретил никого. Снимая на ходу нитяные перчатки, он вышел на улицу. Шуруп на специально для операции купленном «жигуленке» ждал его на соседней улице.
Снайпер шел не спеша, прикуривая сигарету. Дело сделано нормально. Как всегда, нормально. Но все же оставался некий неприятный осадок… Видимо, из-за этой женщины. Черт ее дернул сесть на заднее сиденье! Снайпер отлично представлял, как выглядит сзади голова, простреленная из винтовки.
— Ну? — нервно спросил Шуруп, когда снайпер сел в машину.
— Баранки гну, — ответил тот. — Поехали. Шуруп резко взял с места.
Было ему здорово не по себе.
— Не психуй, — сказал снайпер, — езжай спокойно.
Шуруп сбросил скорость до черепашьей. Снайпер усмехнулся. Через пять минут старый зэк остановился у телефона-автомата и сообщил на пейджер связника кодовую фразу. Еще через четыре минуты эту же фразу доложили Палычу.
Набожный старичок истово перекрестился.
О выстреле в Никиту Обнорскому сообщил по телефону Сашка Разгонов. Он позвонил прямо из редакции, был сильно возбужден. Андрей сначала даже и не собирался подходить к телефону.
Прошедшая ночь сильно его вымотала. Заснул он только под утро. Когда встал — первым делом включил радио. Все каналы сообщали о гибели в Балтийском море парома «Эстония». Количество погибших называлось приблизительное. Последние сомнения отпали — не бред, не сон, не галлюцинация. Он сидел совершенно подавленный… он ни разу не вспомнил о Никите, все еще был там — на грузовой палубе утонувшего парома. Хотелось завыть и напиться.
