Я ловил ее стоны, пил ее дыхание, дышал вместе с ней, чувствуя, как ее возбуждение передается и мне. Напряжение быстро нарастало, приближаясь к пику и, когда это произошло, тело Карины резко содрогнулось. Она распахнула глаза и вцепилась руками мне в плечи, вжалась в меня грудью. Я замер, впитывая в себя отголоски ее удовольствия. В паху все горело огнем и требовало немедленно присоединиться, но такой роскоши я себе позволить не мог. Не время еще. Она сама должна меня захотеть.
Разжав ее руки, поднялся с кровати.
– Не уходи, – услышал тихое бормотание.
– Не уйду, обещаю, – прошептал ей на ухо.
На душе заскребли кошки. Кого же она зовет? Ведь не меня же… Неужели Витар ей так дорог? Или она вспоминает в беспамятстве кого-то еще?
– Киан… – она позвала меня.
Я не мог в это поверить. Смотрел на нее и не верил собственным ушам.
Больше всего на свете мне хотелось сейчас целовать ее и ласкать, но не только. Я не согласен получить лишь тело, мне нужна и ее душа. Хочу ее всю, целиком, без остатка.
Хочу, чтобы она сама отдала мне все права на себя, чтобы доверила мне самое сокровенное – свою жизнь. Хочу стать для нее единственным и навсегда…
Подняв с пола упавшее покрывало, укутал Карину. Девушка сладко посапывала. Теперь она крепко спала. Понял, что нужно уходить, иначе не сдержусь. Она сама должна захотеть этого, сама должна прийти ко мне. Я добьюсь от нее таких чувств любой ценой. Ради нее я готов на все…
…Уже в отведенной для меня каюте, я опять вспомнил, как она просила меня остаться.
Да, я радовался этому факту, как зеленый юнец. Ну и плевать, главное, ей снился я…
29. Карина
По дороге в каюту Витара мне стало совсем плохо. Я не могла понять, что происходит, просто в какой-то момент почувствовала, как подкашиваются ноги. Успела еще прислониться к стене, а потом бессильно сползла по ней вниз. Тело стало чужим и непослушным, кожа пылала, и в то же время мне казалось, будто я сижу в холодильной камере. Отяжелевшие веки словно налились свинцом, меня клонило в сон, и, как не пыталась я с ним бороться, он побеждал.
Чьи-то шаги заставили меня поднять голову. По коридору шел хмурый Нибас, точнее, нибасов было двое, и оба расплывались у меня перед глазами.
Я потрясла головой. О, нет, теперь их стало уже трое – три хмурых Нибаса на одну меня это перебор. Они что-то говорили хором, но слова звучали так странно, будто сквозь вату.
Появился Линнар. Я хотела помахать ему, но не смогла шевельнуть и пальцем.
