Архил...? #5

— Посмотри, где можно прилечь, а я спущусь вниз и проверю защиту. — Сергей пошёл вниз по лесенке.

— Я с тобой. — Сказала Наташа Нед. — Тоже уставшая как собака.

— Всё хотела спросить, что у тебя в рюкзаке?

— Фисташка. — Вздохнула девушка.

— Уже сил нет удивляться. Пошли. Надеюсь, наши кровати Торым не выкинул через портал, в порыве энтузиазма.

* * *Сергей спустился по лестнице из мод-ала. По его ощущениям она была под завязку наполнена энергией. Нижние ступеньки уходили в землю. За прошедшее время почвенный слой вырос довольно значительно.

Но большее удивление вызывал тот факт, что небольшое озерцо, в центре которого стояла башня, не заросло тиной и не превратилось в болото.

Густые заросли, начинающиеся сразу за узким песчаным пляжем, Сергей решил немного расчистить.

— Ведун, почему это место такое заброшенное?

— А что здесь делать? — Прозвучал ответ из переговорника. — Сама эта зона считается заповедной. Искупаться в озере не получится. Защита не пропустит. Одно время сюда прилетали, чтобы почтить вашу память.

Чуть дальше, даже небольшой монумент в честь вас был установлен. К нему приезжали, а сейчас и это делать перестали. Там, где ты стоишь, раньше чистое место было. Сюда машины приземлялись.

— Потомки научились летать? — Зацепился за необычность Сергей.

— Не сами, конечно. Придумали амулет левитации. Раньше они были дорогими и использовались только в военной технике или общественном транспорте. Как обстоит дело сейчас, мне не известно.

— В каком месте, говоришь, находится памятник?

— Направо от тебя.

Сергей начал прорубаться в указанном направлении. Больших деревьев не было, но заросли были плотными и густо переплетёнными лианами. Зачастую дерево, срезанное у корня, так и оставалось висеть. Поэтому он вырезал “кубик” джунглей и откидывал его подальше.

— Ты, Сергей, сейчас нарушаешь один из самых строгих законов России. Нельзя без разрешения особой комиссии уничтожать растения.

— Во-первых, мне пофиг. Во-вторых, уже не СССР, а Россия?

— Давно уже. Когда заработала погодная башня, условия проживания внутри зоны её действия стали значительно лучше, чем в других областях страны.

Мирное население со всех концов страны переселили в её пределы. На остальной территории остались только добывающие комплексы, военные гарнизоны и охотники. В такой ситуации дробление на республики и национальности было признано неэффективным, а общее название выбрали на референдуме.

— И много народу здесь проживает?

— Сто пятьдесят лет назад было полмиллиарда.