Архитектор Душ II

В ее глазах читалась сложная смесь эмоций: удивление, сомнение и… что-то еще. Неохотное, но все же согласие.

— Хорошо, Феликс Рихтерович, — наконец сказала она. — Я попробую.

— Да нечего пробовать, фехтовать надо. Фе-хто-вать. Ладно, с вами замечательно сидеть и проводить время, но мне есть еще над чем потрудиться. До понедельника. Лидия, — он выразительно посмотрел на нее. — Рассчитываю на твои знания. Всего хорошего, господин и дамы.

Дорога домой прошла в напряженном молчании. Я вел машину, чувствуя приятную ломоту в мышцах.

Каждая клетка тела гудела от усталости, но в голове была ясность. Предложение Рихтеровича было неожиданным, но чертовски логичным. Если Лидия действительно возьмется за мое обучение, мой прогресс ускорится в разы.

Да, она не могла меня ударить, но вполне способна тренировать, просто показывая и направляя мои движения без злого умысла. Это было так просто и гениально одновременно, что я даже разозлился на себя, что не додумался до этого раньше.

Я искоса посмотрел на нее.

Она сидела на переднем сиденье, глядя в окно на проплывающие мимо огни города. Ее профиль в свете уличных фонарей был похож на портрет — тонкий, четкий, аристократичный. Но я видел, как плотно сжаты ее губы и как напряжены плечи. Она обдумывала слова своего учителя. И, скорее всего, ей это не нравилось.

Когда мы приехали домой, я, не теряя времени, сразу поднялся к себе. Усталость усталостью, а соколиная охота ждать не будет. Я открыл шкаф и начал перебирать одежду, пытаясь собрать что-то, что хотя бы отдаленно походило на охотничий костюм, который я видел на видео.

Плотные твидовые брюки, теплая фланелевая рубашка, добротные кожаные сапоги. В гардеробе старого Громова, к счастью, нашлось все необходимое.

Собрав вещи и аккуратно сложив их на кресле, я спустился вниз. Девушки сидели в холле у камина, который разжигала Алиса. Теплый свет огня отбрасывал на их лица причудливые тени.

— Итак, дамы, — сказал я, нарушая тишину. — Небольшое объявление. Завтра утром мы едем на соколиную охоту.

Выезд в восемь утра, чтобы к девяти быть на месте.

Лидия тяжело вздохнула и отложила книгу, которую читала. Этот вздох был красноречивее любых слов. В нем смешались смирение с неизбежностью и глубокая вселенская усталость от моих выходок.

А вот Алиса отреагировала куда эмоциональнее.

— Куда-а-а-а-а? На охо-о-о-оту? — она сморщила нос. — С этими… птицами? Громов, я вообще-то зверушек люблю. Мне их жалко. Смотреть на это варварство я бы не хотела.