– Что я для тебя?
Стас вздохнул и потёр лицо руками:
– Мы снова возвращаемся к этим странным вопросам с очевидными ответами…"
"– Очевидными?! Кому? Тебе?! – Лера вскинулась и голос её сорвался в крик: – Мне не очевидно! И мне до чёртиков надоело, что ты манипулируешь мной этой дурацкой фразой! “Это же очевидно!” Ну? Что же между нами было на протяжении целого года?!
– Лера! Только потому, что ты расстроена и не можешь здраво мыслить после… после случившегося…
– После выкидыша! Называй вещи своими именами! – Леру окутало отчаянное бешенство.
– Хватит кружиться в этом лицемерном словоблудии!
– Сначала успокойся! – Стас резко встал и двинулся к ней. – Лера, – он попытался взять её за руку и обнять, но она вырвала ладонь и отступила на метр.
– Я спокойна.
– Давай мы поговорим после моего возвращения.
– А ты куда-то уходишь?
– Вечером я улетаю в Вильнюс на два дня, чтобы осмотреть объект, а потом беру отпуск.
– Отпуск?.. – Лера упала в кресло. – Ты будешь со мной?
Стас покачал головой:
– Нет.
Я полечу в Сибирь. Надо проветрить голову. Всё как-то резко навалилось.
Леру судорогой скрутило от боли и обиды:
– Бедняжка. Лети. Проветривайся.
Стас ударил ладонью по барной стойке:
– Я рассказал тебе о себе не для того, чтобы ты потом стебала меня!!!
– А я спала с тобой целый год не для того, чтобы ты потом даже не приехал в больницу и не обнял меня после выкидыша!!! – она убежала в ванную мимо терявшего терпение Стаса, когда почувствовала, что больничный завтрак подступил к самому горлу.
Желудок резко свело, и Леру вырвало. Она сползла на кафель и сжалась в комок, тихо скуля. Стас прикоснулся к её плечу, но она отпихнула его.
– Не прикасайся ко мне…
– Лера, мне жаль, что это произошло. Но давай попробуем сохранить хоть немного здравомыслия.
– Да пошёл ты. Человек-камень.
– Вставай с холодного пола. Я обещаю: вернусь, и мы всё обсудим.
Лера молчала.
– Встань, пожалуйста.
– Не хочу. Хочу умереть.
– Не нужно.
Всё пройдёт, – Стас поднял Леру с пола и положил на кровать. Поправил её волосы и поцеловал в висок. – Постарайся не делать глупостей. Отдыхай и ни о чём не думай.
Стас медленно вышел и тихо закрыл за собой входную дверь.
– Ясно. Понятно. Какая же я дура… Зачем я поддалась? Ненавижу тебя… – она укрылась одеялом, уткнулась лицом в подушку и проплакала до самого вечера, разрываясь между желанием порезать себе вены и возможностью позвонить маме.
