Арианна - Гроза Драконов (СИ)

Такое ощущение, что мне покои уступил сам Император!

Тут же принесли новую одежду: штаны черного цвета и длинный утепленный камзол более светлых тонов. Рядом – целая чаша с украшениями: кольца, браслеты, цепочки. Я невольно вспомнила свой серебряный браслет, а вместе с ним Рафаэля. Сердце заныло, душа испуганно сжалась, захотела всплакнуть…

Нет! Хватит! Не хочу о нем! Я умерла для него… Глаза все равно защипало, но я потерла их и сжала зубы. Плачущий бог! Интересно, как на это посмотрели бы все эти «верные подданные»?

Но на сей счет я ошиблась! Уже через несколько часов я узнала, что Шехтан – бог сострадания и милосердия – как раз и известен своими слезами любви.

Я вспомнила, как безудержно лились слезы у меня из глаз во время исцеления больных, и поняла, почему северяне ничуть не сомневаются в моей «божественной» личности.

После душистой ванны (пришлось купаться с великими предосторожностями), переодевания и ароматных напитков, меня пригласили пройти… к императору северян! Его звали Нешуллам.

Я слышала как-то, что взошел на трон совсем недавно, поэтому должен был быть молод.

Я постоянно прислушивалась к своей интуиции и чувствовала, что нахожусь там, где надо. Все идет по плану. Все будет хорошо…"

"Слуги вели меня массивными коридорами, а потом впустили в огромный зал в величественными сводами, в конце которого, по обыкновению, на возвышении находился трон.

Около трона одиноко стоял человек в красивом блестящем одеянии, который при виде нас сорвался с места и начал поспешно приближаться.

Как я понимала, это должен был быть император. Его «атмосфера» дыхнула на меня страхом и волнением, а он сам показался мне мучительно знакомым…

Император сделал знак рукой, и все слуги поспешно удалились из зала. Когда же он приблизился достаточно близко, я пришла в великое изумление: передо мною снова стоял тот самый симпатичный молодой человек, который так негостеприимно встретил меня на своей земле в первый же день…

Он снова пал ниц (вот, почему он всех выслал!) и начал заунывно просить о милосердии.

Видимо, слишком я его пугаю. Я задумалась на мгновение, как же мне себя повести. Играть роль их бога в мои планы не входило. Но и открывать свою настоящую личность – тоже.

- Ваше Величество! Поднимитесь! Давайте обо всем забудем!

Он поднял ко мне лицо, а потом осторожно встал на ноги. Его длинные волосы были отчасти стянуты на затылке, а остальные свободно струились по спине. На вид ему было лет двадцать пять, не более.