Аристократ из прошлого тысячелетия (СИ)

В чём было дело: в нём или в женщинах, которыми он себя окружал? Маша действительно была хороша, так почему сейчас, видя её в таком потрёпанном временем состоянии, Молот не ощущал абсолютно ничего? Михаил покачал головой, переходя к делу под пытливым взглядом Старика.

— Скоро новый год, и у меня для тебя есть подарок, — усмехнулся Молот. — Новогодняя история, так сказать. Об одном чуде. Но сначала, давай посчитаем, — Михаил загнул мизинец на правой руке. — Первый прорыв случился в разломе Меньшиковых.

— О каком прорыве ты говоришь? — нахмурился Старик. — Первый прорыв произошёл на территории академического городка.

— Это не так, — покачал головой Молот, загибая следующий палец. — В академии на территории ваших жилых домишек произошёл второй прорыв. И знаешь, что их связывает?

— Удиви меня, — ректор откинулся и сложил руки на груди.

— Один твой студент. Причём не кто-то из именитых и обученных, а молокосос-первокурсник.

— Информация точная? — помрачнел Старик, неосознанно сгибая металлическую ручку в руке.

— Точнее некуда, — довольно кивнул Молот. — Он был зарегистрирован в листе посещения Меньшиковых как раз в момент выброса энергии, это даже не прорыв, а бледная копия, но факт остается фактом. Подумай на досуге, как прорыв вообще мог произойти и пройти мимо нас так, что информацию о нём пришлось искать в жалких бумажках? — паладин выдержал паузу и продолжил, прижимая в ладони средний палец: — А затем был третий прорыв во дворце императора.

— Митрофанов, — сверкнул глазами ректор.

— В точку, — подтвердил Михаил. — Но надо отдать должное, по моим сведениям этот парнишка вместе с главой своего рода был приглашен туда лично императором, сам не напрашивался.

— Тогда Морозов повёл себя странно, произвёл показательное пленение пары мелких сошек, — Никита говорил, а рука непроизвольно сместилась к груди, сгребая одежду в горсть в районе сердца.

Видя его действия, даже Молот, не особо страдающий сочувствием, поторопился сменить тему.

— Ты слишком засиделся. Мхом порос в этом кабинете, а мир вокруг всё это время двигался.

Ректор коротко выдохнул, как будто с усилием выдавливая из себя воздух.