Он покосился на них. Да-а! Вот чего он не ожидал, так того, что станет героем женского романа!
А Айна, с кроткой грустной улыбкой, наклонилась к нему, почти коснувшись уха губами.
– Я все равно тебя трахну, зверюга бешеная! – прошептала она. – И почему та девка меня взглядом убить пытается? Что, с ней успел что ли? Мне деньги, а себе сладенькое?
– Спятила что ли? – также шепотом ответил Аринэль, положив руку на талию Айны, делая тем самым красивую картинку прощания двух несчастливо влюбленных для того самого романа.
– Я женщин не насилую, знаешь ли. Удовольствия никакого.
– А я и не говорю, что заставил, – Айна, повернувшись к остальным спиной, натурально оскалилась. – Там… В твоем Пограничье, надеюсь, ты не будешь такой правильный?
– Там, Аиночка, ты очереди не дождешься, – Аринэль изобразил на лице грусть, так как его-то видели.
Женщина смерила его прищуренным взглядом.
– Сразу было видно, что ты с женщинами умеешь обращаться, – произнесла она. – Бабник! Просто ради интереса…
– Может мне еще сказать, сколько у меня денег с собой? – перебил ее Аринэль, трогательно проводя по волосам все с тем же грустным выражением лица.
– Но так и быть. Один раз я тебе обещаю. Не знаю когда, я надолго в империю…
– Я так и знала! – яростно прошептала Айна. – Ты одаренный, да? Ну, скажи мне!
– Допустим… моя любовь, – улыбка Аринэля была наполнена все той же светлой грустью.
– Скотина, – Айна уже без всяких почти, прижалась к парню. – Поманил… И кинул.
Раздался заунывной вой трубы. Аринэль ощутил, что корабль стал разворачиваться, ветер с реки, словно специально, подул так, что у парня просто-таки картинно взметнулись красивыми прядями волосы.
Значит, уже почти причалили. Парень поднял лицо Айны за подбородок.
– Аванс, – сказал он, оторвавшись, и провел большим пальцем но алой нежности губ. – Не сглупи только. И Айна… Если я еще раз тебя встречу… вот в таком качестве, я тебя убью. Тоже обещаю. Мне это больно видеть, а боль я не люблю.
Женщина несколько мгновений, не отрываясь, смотрела в его глаза.
– А меня? – произнесла она. – Меня ты… смог бы полюбить? Вот… такую?
– Дерзкую, умную, с хорошим чувством юмора, бойкую на язык и красивую? – улыбнулся Аринэль. – Ну, а как ты думаешь?
– Льстец! – улыбка Айны была грустной по настоящему. – А хочешь, я прямо сейчас… Прямо здесь, все брошу?
– Знаешь, а только так это и можно сделать, – с легкой печалью произнес Аринэль, уже тоже не играя грусть. – Пилить руку медленно и по частям гораздо больнее.
