Впрочем, зачем его надо было строить, сразу становилось понятно, когда караван дварфов въехал в деревню. В деревне сразу стало как-то тесно, а холл гостиницы наполнился шумными бородатыми гостями.
За большим столом расположились, естественно, те, кто был в авторитете. А именно старший сын Дорина Гростайра, Антор Гростайр. Девушки-служанки быстро заставили стол перед уважаемыми дварфами яствами, в основном мясными, отдельно прибыли большие глиняные кружки с пивом. Слишком часто за последнее время тут ездили дварфы, поэтому их вкусы уже достаточно изучили.
Ксентария сразу сняла комнату и заказала ужин туда. Беседовать хоть с кем-нибудь у нее не было никакого желания.
Оказавшись в комнате, молодая женщина сбросила прямо на пол сумку, которая висела у нее на плече, скинула полусапожки и буквально рухнула на кровать. Тяжело вздохнув, она невидящим взором уставилась в потолок. А потом вытянула вверх правую руку. На запястье звякнул простой металлический брачный браслет. На пластине был выгравирован герб, такой же, какой был у нее на груди.
Щит, а за ним меч. Ксентария вновь тяжело вздохнула.
В сумке, которая валялась у двери лежали бумаги. И женщине сильно не хотелось, чтобы они обрели силу. Но… Так больше не могло продолжаться. Грег оказался достаточно упрям и сдержал обещание. Он так и не приехал в Артезиус. А потом до Ксентарии дошли новости о том, что произошло во владениях его отца. И женщина поняла, что больше тянуть нельзя. Было очевидно, что Грег не собирается что-то менять. А быть… числиться женой, а если говорить прямо, то этакой содержанкой в глазах окружающих Ксентария не хотела.
Те три месяца в Даэрон-Мерии были словно сказка. Всегда холодно-расчетливая, даже не думавшая не то, что о замужестве, а вообще об отношениях Ксента погрузилась в эту всю романтику с головой, забыв и своих планах, и об академии. Она вообще обо всем забыла, глядя в эти синие глаза. И на ее руке оказался браслет.
А потом сказка кончилась. Грег категорически отказался ехать в Артезиус. Также он не желал, чтобы его жена ехала туда одна.
Ксентария убеждала его, говорила, что она не может вот так взять и бросить то, что составляло ее жизнь. Возможно, она говорила слишком категорично. Да что там… Она кричала. Видели бы ее в тот момент сокурсники и преподаватели.
Год. Всего год, последний курс. Грег отмалчивался. И тогда не выдержала она. Приближалась осень. Возможно, если бы он был дома… Но Грег в тот момент находился в одной из приграничных крепостей.
