– У меня нет претензий, ни Корпусу, ни к Атриумии, – заранее приготовленным ответом высказалась Феара.
(Корпус вигилов – магистрат имперского института власти, занимающийся охраной общественного порядка.
Атриумия – судебный магистрат, система судов империи)
– Я не про это, – улыбка Сабрины Велакрус сделалась грустной. – Как ты сама?
– Не скажу, что все легко и безмятежно, – спокойно ответила Коффус.
– Да уж, – вздохнула глава. – Гадаешь, почему Консилиум направил тебя ко мне?
В этот момент в кабинет зашла Хаяна, с подносом в руках, на котором стояли две чашки с чаем и небольшая плетеная корзинка с маленькими песочными печеньями.
Комнату наполнил еле уловимый аромат трав, с привкусом выпечки. Печенья были свежими. Секретарь быстро, но без суеты расставила чашки, поставила посередине корзинку и совершенно бесшумно удалилась.
– Не гадаю, – равнодушно ответила Феара. – Жду ответа.
Сабрина Велакрус чуть наклонила голову вбок. Ее губы тронула ироничная усмешка. Глава очень органично смотрелась на фоне темных, почти черных портьер.
Впрочем, такая женщина будет хорошо смотреться на любом фоне, феара даже, к своему удивлению, обнаружила, что слегка завидует.
– А ты повзрослела, девочка из Озерного Замка, – произнесла глава.
Феара промолчала. Ответа от нее и не ждали. Велакрус откинулась на спинку кресла, положив руки на подлокотники.
– Начну с формальностей, – заговорила глава. – Ты переведена в штат академии. В качестве инструктора по боевой подготовке. Сразу отвечаю на твой вопрос, ты не одна такая.
Коффус нагнулась и взяла чашку. Эта посуда сама по себе была произведением искусства. Нет, на ней не было рисунков, но тонкие стенки чашки, цвета топленого молока, а также неестественная легкость, говорили за то, что перед ней знаменитый «костяной» фарфор Аваратана. Эту чашку можно было использовать в качестве метательного снаряда, с полной уверенностью, что с ней ничего не произойдет. Феара осторожно пригубила напиток. Орис был очень хорош.
Сначала шла сладковатая нотка морэля, следом шел чуть вяжущий вкус сашими. Это сменяется легкой горечью нителиста и кислинкой конгарэ. И уже после остается ни с чем несравнимый аромат белого ахароса.
– Прекрасный орис, – искренне похвалила Коффус. – И умелое заваривание.
– Хаяна достигла в этом таких высот, что эльфы не могут отличить, что заваривает человек, – заметила с легкой улыбкой Велакрус."
"Феара склонила голову в знак признания такого мастерства.
