Аристократка в академии некромантов, или Как снять проклятье (СИ)

– Мёртвый? – у мальчишки нервно дёрнулась щека. И глаз.

– Ага, – протянул некромант, вскидывая топор. – Пока мы говорили, я тут понял… что магистр Форд, конечно, молодец, коварный план придумал… Но всё равно немножко дурачок, такую важную деталь не учёл.

– Какую? – в один голос с Колином спросила я.

– Такую, – хмыкнул некромант и жахнул по трубе вентиляции…

Колин дёрнулся, закрывая голову руками, но ничего страшного не случилось. Немного скрежета, жуткого треска, искр и мы свободно вытащили цепь из того, что осталось от основания, за которое она была закреплена.

Заклинание на цепи дрогнуло и рассыпалось цветными искрами. Мы разом облегчённо выдохнули, но больше всех Колин. Он едва смог подняться, так был слаб и измучен. Ректору пришлось подать ему руку и подставить плечо. Я тащила цепь…

– Только не кричи, – предупредила, когда почти поднялись на поверхность. – Мертвяки уже не причинят вреда, а Дружок… я нашла артефакт призыва, что обронил магистр и теперь лич подчиняется мне.

Он и цепь твою может в тлен обратить…

– Вот в тлен лучше не надо, – хохотнул некромант. – Кандалы я уже в доме с помощью инструментов сниму.

– Какой артефакт? – вдруг спросил ведьмак, выбираясь из своего подземного плена.

Я достала из кармана «свистульку».

– Призыва. С помощью него я управляю личем.

Колин поднялся на ноги, пошатнулся, но устоял.

– Но у магистра Форда не было никакого артефакта. Он сам установил между собой и личем привязку, я видел её своими глазами. Очень мощная связь, замешенная на крови, такую запросто не разрушить…

Переглянулась с некромантом и шумно сглотнула, ощущая, как лоб покрывается испариной.

Откуда тогда артефакт и для чего он? Но самое главное, если Форд привязал к себе лича, значит, тоже может им управлять? И в любой момент запросто может приказать ему что угодно… Даже убить нас…

– Проклятье… – выдохнул некромант, видимо, подумав о том же самом.

Я посмотрела на Дружка, в его светящиеся глазницы. Неужели… нам придётся его упокоить?

Деревенский староста принял дружелюбно.

И с пониманием. Впрочем, главе тайной канцелярии нигде не отказывали. Слава Генри Вайроса всегда шагала впереди него, перед ним робели, одного его имени страшились и его же уважали. Никто не делал столько для государства, сколько канцлер его величества. Сам король понимал это…

Пассажиров экспресса расселили по домам, по семьям, что готовы были принять и оказать помощь не только кровом, но и хлебом.