Аристократка в академии некромантов, или Как снять проклятье (СИ)

– Хватит сомневаться, – ровно произнёс Яр. – Всю ответственность за лича – я беру на себя. А без команды он не причинит вреда. Не видите привязку между ним и очаровательной мисс Шин?

– Если вы так говорите, господин Килан… – промямлил тот, что получил оплеуху.

– А я смогу потом вернуться за вещами? – осторожно спросил Колин. – Ну, тут много записей моей мамы и как бы её тело… хотелось бы похоронить останки…

– После допроса, – кивнул один из гвардейцев. – Господин Вайрос хочет поскорее подать материалы дела по Айзеку Форду для рассмотрения в суде.

– Мы останемся, – решил некромант один за всех. – Прикопаем останки ведьмы, чтобы дикие собаки не растащили, избавимся от мертвяков…

– Ой, Зубастик! – спохватилась я и кинулась к крыльцу дома, но мохнатый колобок уже сам выкатился из дома. Остановился на ступеньке и сладко зевнул, демонстрируя несколько рядов игловидных зубов. – Этого тоже не троньте! – выкрикнула вовремя. – Ещё один мой питомец, – усмехнулась, потрепав Зубастика по шерсти. – Ну что? Выспался? Пойдём уже, пора возвращаться.

– Я бы всё-таки посадил его на цепь, – произнёс Яр, пристраиваясь рядом со мной. – В качестве профилактического наказания. Он проспал навь.

– Он ещё малыш, – возразила я. – К тому же, откуда он мог знать, что в ведьму вселилась навка? Даже мы этого не знали…

– Ты слишком добрая, а твой малыш слишком много жрёт и это его подвело, – невозмутимо парировал Яр, поправляя на плече топор.

Мы шли к портальным камням, что раскладывали гвардейцы, продолжая переговариваться, а некроманты недоумённо смотрели на нас.

Что ж, нельзя исключать и такой вариант. После всех событий, я уже не уверена в собственном здравомыслии…

В кабинете канцлера было… тесно. Мы едва все умещались. Беднягу Колина уронили на софу, у его ног устроился Зубастик. Дружку пришлось парить под потолком, а мне любезно предложили один единственный в крохотном помещении стул.

Генри Вайрос, тоже изрядно потрёпанный, заметно уставший и, в принципе, на всё плевавший, задумчиво скрёб ногтями грубую щетину. От него пахло не лучше, чем от нас и, повстречай я его где-нибудь в тёмном переулке, решила бы, что передо мной бродяга или разбойник какой. Эти несколько дней оставили на нём неизгладимый след. Впрочем, как и на всех нас…

– Дружка не отдам, – вымолвила, устав слушать тишину и тиканье настенных часов.