— Вы что, к уголовникам их посадили? — В глазах офицера, к удивлению сержанта, вспыхнули на мгновение веселые искорки и тут же погасли.
— А куда ж их? Отдельные камеры все заняты, до решения суда в тюрьму их никак нельзя, вот и пришлось сажать в общую.
— Ясно. Перед тем как отправить в камеру, вы их обыскали?
— Конечно!
— Что–нибудь интересное, особенное при них не нашли?
— Никак нет.
— Не может быть! Что, ни золота, ни драгоценностей с собой не было?
— Золото в кошеле купца было. Только не очень много.
Ну тут удивляться нечего. Он давно уже гуляет. А у его приказчиков вообще ничего не было.
— Это плохо. Очень плохо.
— Почему?
— Перед тем как начудить в Парке Влюбленных, эти господа успели наследить и во дворце. Отметились у короля. Неплохо отметились. Только тссс… это важная государственная тайна.
— Я понимаю, — закивал головой польщенный доверием сержант.
— О том, что король с ними… гмммм… скажем так, отдыхал, знать никому не надо.
— Я буду нем, как могила, господин лейтенант! — рявкнул сержант.
— Это хорошо. Люблю понятливых. Будешь себя правильно вести — похлопочу о повышении в звании.
Грудь сержанта выпятилась вперед и от восторга стала даже больше живота.
— Кстати, к тебе это тоже относится, — строго сказал Арчибальд дежурному полицейскому. Тот усердно закивал. — Так вот, — продолжил Арчи, — после их посиделок у короля кое–что пропало. Перстень. Он грешит на них. Причем его величество абсолютно уверен, что росский купец перстень не воровал, а скорее всего, либо просто прихватил по пьяни, либо, что еще вероятнее, сам король в порыве великодушия его презентовал, да только перепутал и подарил не тот перстень.
Вместо перстня с рубином подарил росскому купцу перстень с королевской печатью. Опасный подарок. Представьте себе, что он попал в руки наших извечных врагов маргадорцев!
— Кошмар! — ужаснулся сержант. — И что же делать?
— Отдать их мне для проведения дознания.
— Извините, господин лейтенант, — деликатно кашлянул сержант, — а у вас соответствующего предписания, бумаги там какой–нибудь от короля нет?
— Он передал на словах.
— Ну слова, знаете ли, к делу не пришьешь, — испугался сержант.
— Ты что, королю на слово не веришь? — грозно насупил брови аферист."
"Сержант завибрировал. Видя, что он начал белеть, Арчибальд поспешил смягчить тон.
— Ты все–таки не такой понятливый, как я полагал, Джаспер, — грустно вздохнул он. — Ладно, оскорбление в адрес его величества я забуду.
