Архэ

Сзади послышался сдавленный вздох и шорох.

— Мы не можем умереть, — едва слышно повторил Пятый. — Не можем…

Ит проснулся рывком, внезапно, и ощутил, что у него бешено колотится сердце, а дыхание сбивается. Провел рукой по лбу — мокрый, волосы хоть выжимай. С трудом он слез с кровати, подхватил с пола свою одежду, и пошел к выходу из комнаты.

— Куда? — шепнул ему вслед Скрипач.

— Пойду, покурю, — ответил Ит.

Что это было? Сон? Или что-то другое?..

Он спустился на первый этаж, налил себе воды, залпом выпил полчашки.

Понемногу стало отпускать, сердцебиение успокаивалось. Он оделся, долил в чашку еще воды, и вышел на улицу. Сел на лавку, прислонился спиной к каменной стене дома. Закурил. Вскоре на крыльце послышались шаги.

— Ну и что тебе приснилось? — без обиняков спросил Скрипач.

— Тебе тоже? — вопросом на вопрос ответил Ит.

— Поляна, — Скрипач сел рядом, тоже вытащил из пачки сигарету.

— Угу, — подтвердил Ит. — Та самая. Кажется, мы зря его тогда просветили.

— Может, и так, — подтвердил Скрипач.

— Он их нашел, — Ит покачал головой. — И что дальше делать?

— Вытаскивать их оттуда поскорее, — пожал плечами Скрипач.

— А если он туда снова заявится, а там никого нет? — возразил Ит.

— О-па… про это я не подумал, — признался Скрипач. — Хреново.

— А я про что. Но… выбора у нас нет. Кажется. Потому что, если судить по этому самому сну, хреново будет и так, и этак. И потом, эта фраза… — Ит не договорил.

— Какая? — спросил Скрипач. — Я не всё слышал.

— «Мы не можем умереть», — ответил Ит.

— Не понимаю, что это может значить.

— Ну, видимо, то, что они не могут умереть, — пожал плечами Скрипач. — Конечно, странно, но почему бы и нет?

— Это не логично, — покачал головой Ит. — И потом, в контексте самого разговора фраза прозвучала странно. Словно он… оправдывался, что ли. Не пойму. Но меня больше волнует, что делать дальше?

— Как это — что? — удивился Скрипач. — Рисковать, конечно. Смотри. Мы их вытаскиваем. Потом — либо он обнаруживает, что их нет, и разносит тут всё к чертям собачьим, либо он не обнаруживает ничего, и, соответственно, ничего не происходит.

Что скажешь?

— Да ничего. Ты прав. Раз уж мы в это ввязались… — Ит поежился. — Ладно, где наша не пропадала. Только, думаю, тянуть нельзя. Надо быстрее. Пока он не опомнился. Заметил, как его славно оттуда этими бабочками вынесло?

Скрипач недобро ухмыльнулся.

— Ещё бы, — кивнул он. — Слушай, а вот интересно. Они нас не видели. Оба не видели.