Армагеддон

 – Вы сами…

– Что я сам, господин адмирал? – жестко перебил его Изенталь.

– Вы сами приказали мне помочь пальдонийцам. Э-э-э… Попросили.

– Пальдонийцам? – с удивлением переспросил председатель. – А они тут были?

– Были, я докладывал вам, и еще коморцы. Как вы могли забыть?

– Сейчас посмотрю все ваши доклады, – успокоившись, произнес председатель и прикрыл глаза. Затем через полминуты он открыл их. – Нет, господин адмирал, у меня нет ваших официальных докладов.

Адмирал замер в изумлении, словно пораженный молнией.

Его голос, обычно властный и уверенный, дрогнул:

Изенталь с холодной невозмутимостью ответил, будто бросая вызов:

– У меня нет ваших официальных сведений о присутствии флотов Пальдонии и Коморского союза в этом секторе.

Слова главы совета как ледяной ветер прокатились по залу, заставив членов совета замереть. Их лица мгновенно посуровели. Они поняли, куда ведет Изенталь, и замолчали, ожидая ответа от адмирала.

Адмирал, чувствуя, как почва уходит из-под ног, ответил с раздражением:

– Вам не удастся, господин Изенталь, свалить всю вину на меня.

Я выполнял свой долг и докладывал вам. Если ваш секретарь не зафиксировал эти доклады, они все равно сохранились у меня.

Изенталь, опытный администратор, ощутил, что адмирал не так прост, как кажется. Собрав всю свою выдержку, он с улыбкой, полной невозмутимости, предложил:

– Господа члены совета, прошу вас оставить нас ненадолго. Я хочу обсудить с адмиралом наши вопросы.

Члены совета, словно подчиняясь невидимой силе, быстро покинули зал, оставив Изенталя и адмирала наедине.

Глава совета с грацией хищника указал на столик у картины, изображающей бескрайний океан:

– Присядем, адмирал.

Они сели в кресла, и адмирал, настороженно глядя на Изенталя, почувствовал, как холодный пот стекает по спине.

– Итак, адмирал, – начал Изенталь, его голос был тихим, но в нем звучала сталь, – у нас нет официальных сведений о присутствии сил Альянса в этом секторе. Если мы будем настаивать на этом и сообщим в метрополию, то там выступят с дипломатическим демаршем к АОМ.

Комор и Пальдония открестятся от своего присутствия, ведь это фактически объявление войны Шлозвенгу. В столице тоже не будут поднимать шум, и мы станем крайними. Что с нами сделают?

Адмирал долго молчал, глядя на картину, где волны океана бились о берег, словно пытаясь вырваться на свободу. Он понимал, что Изенталь прав. Если они пойдут на такой шаг, их судьба будет решена. Но и признать свою ошибку означало потерять лицо и, возможно, карьеру.