Армагеддон

Предупрежденный о визите высокого гостя Миль ждал Вейса у трапа почтового уиндера, быстроходного неприметного кораблика.

Вейс спустился по трапу, и его шаги эхом разнеслись по пустому ангару. Навстречу к нему поспешил Миль. Их объятия были теплыми и даже дружескими. Оба помнили прошлую тяжесть обстоятельств.

– С прибытием, старый интриган, – пробасил Миль, его голос был полон дружеской иронии. – Пойдем поговорим. Ты знаешь место, где нас никто не подслушает.

Вейс улыбнулся, в его глазах мелькнула тень узнавания прошлого.

– Пойдем в твои склады? – спросил он и скривился.

– Да, там не очень благоприятная обстановка, зато тихо, как в могиле. Ха-ха, – рассмеялся он своей шутке.

Внизу время, как будто не имея власти, остановилось. Они оказались в знакомом месте, где Миль когда-то помог Вейсу сбежать от врагов. За ними с лязгом захлопнулась дверь, отрезая их от внешнего мира. Тусклый свет ламп освещал голые металлические стены, а воздух был спертым, как напоминание о суровой экономии.

Вейс оглянулся, его взгляд скользнул по знакомым коридорам, и он почувствовал, как по спине пробежал холодок. Тогда ему казалось, что он уходит в небытие навсегда. Но жизнь, как капризная река, вновь принесла его к порогу триумфа. Его сердце забилось быстрее, а дух захватило от предвкушения. Перестав оглядываться, он толкнул генерала в плечо.

– Пошли, Миль, – его голос прозвучал уверенно, он словно вернулся домой после долгого путешествия.

Они вошли в небольшую комнату кладовщика. Здесь, за металлическим столом, они могли поговорить без страха быть подслушанными. Генерал достал бутылку сквоча – янтарного напитка, что впитал в себя дух далеких лесов Комора, из древесины которых были сделаны бочки, и в них годами созревал крепкий зерновой напиток. Он разлил сквоч по стаканам и, подняв свой, произнес:

– За встречу, Вейс. Не думал, что это когда-нибудь произойдет снова.

– За встречу, дружище.

– Рассказывай, что нового в мире, – произнес Миль, его голос звучал серьезно, но в глазах плясали искорки любопытства. Они не стали закусывать. Это был не просто напиток, а ритуал, который объединял их.

В воздухе повисло напряжение, но в то же время и чувство облегчения.