Армагеддон

И лица Второго и Третьего сразу стали непроницаемыми.

– Понял, – ответил я. – Сидите тихо и не проявляйте нервозности, я поговорю с объектом.

Я отошел и сел напротив Вейса, затем вышел из скрыта. Для него это было неожиданно. Он дернулся и стал растерянно оглядываться. Мой скрыт мог спрятать меня и от сканера нейросети – достаточно было правильно настроить ауру, чтобы она не отражала сигнал, а поглощала его.

– Здравствуйте, дорогой дедушка, – начал я разговор. – Как ваши дела?

Вейс быстро пришел в себя.

Он улыбнулся.

– После твоего побега, внучек, было нелегко, но в итоге все наладилось.

– Это хорошо. Это радует. Значит, у вас нет ко мне претензий? – уточнил я.

– Нет, конечно, какие могут быть претензии? – быстро ответил Вейс.

– Ладно. А где тот ваш агент, который пытался узнать о спутнике? – поинтересовался я. – Я его не вижу.

– Он на Материнской планете, я отправил его туда на некоторое время, чтобы не путался под ногами, – ответил Вейс.

– Сурово, но это не мое дело.

Давайте обсудим наши дела, мы нужны друг другу. Я передаю вам Советника и материалы, которые добыл в их логове. Там есть интересные данные: списки агентов, их происхождение, места предыдущей работы и даже те политики, кто покровительствовал Синдикату. Также упоминается некая Фрау и ее связи. Это информация, полученная от Советника, который чистосердечно рассказал мне о кодах. Их я тоже передам вам. Так что вы вернетесь с хорошим уловом, и вам грозит повышение. Именно этим я хочу воспользоваться. Мои друзья из Открытого мира просили посодействовать им в некоторых вопросах.

– Кто? – напрягся Вейс.

– Думаю, вы уже догадались, господин Вейс, – улыбнулся я. – Вы такой проницательный, что я не хочу вас обманывать. Колония на Суровой нуждается в безопасности.

Вейс с пониманием кивнул.

– Об этом можете не беспокоиться, – ответил Вейс. – Что еще?

– Лично для меня вы ничего не сможете сделать, господин Вейс, так что остановимся на этом.

Вы берете под плотную опеку новую планету и помогаете ей развиваться, но не безвозмездно. Вам будет причитаться доля от продаж сырья, скажем, одна тысячная процента в год, это очень значительная сумма.

– Вы меня покупаете? – удивился Вейс.

– Да, покупаю. А вы не продаетесь? Как господин Штифтан? – спросил я. Он услышал скрытую угрозу в моих словах и быстро заметался взглядом.

– Это где-то будет отражено?.. В договоре? – спросил он.