— Что случилось, Жрец? — спросил Таннгейзер, отрывая взгляд от карт.
— Где Страж? — продолжал возбуждённо повторять снайпер. Жрец никогда не был склонен к проявлению эмоций. Сейчас же на взгляд Коула он выглядел несчастным, как никогда.
— Хорошо, — устало вздохнул Арно, — кто взял его лазган?
— Ты о чём, Коул? — улыбнулся в ответ Гайст.
— Я о том, Джокер, куда ты дел его оружие?
— А с чего ты решил, что его драгоценный Страж у меня? — продолжал широко улыбаться Гайст.
— О, какого чёрта, Гайст, — выругался Арно, — это было долгое задание, я устал, как собака, у меня болит нога, я проголодался и хочу хорошенько выспаться — настолько хорошо, насколько возможно в “Цербере” — и мне не нужны твои тупые игры.
Посмотри на Жреца — он весь извёлся. Ты же знаешь, что он перекручен похлеще катачанского хлысточервя.
— В точку. Вот почему он и сделал это, — вклинился Ферзе.
— Не лезь не в своё дело, Ферзе, — осадил его Коул, прежде чем продолжил разговор с Джокером. — Я спрашиваю тебя в последний раз, Гайст.
Где оружие бедолаги?
— Да, хватит уже изводить его, ты ньюкоголовый. — Добавил Гундерсон. Из охотников взвода Гойя Гундерсон видимо понимал своего коллегу-снайпера лучше других. Или, по крайней мере, он легче остальных переносил его.
— Кто сказал, что это я? — ответил Гайст. — И что произошло с “невиновен, пока не доказано обратное”? — Обиженное выражение лица и возмущённый тон ничуть не подействовали на остальных.
— Гайст, если будешь продолжать в том же духе, то получишь взыскание от Бориско.
Я лично прослежу за этим.
— У меня его нет. Кобург держит его в тепле, усевшись своей жирной задницей.
— Ты — идиот, Гайст, — презрительно сплюнул Арно. — Надеюсь, что остальные не такие тупые, как ты, и уважительно относятся к своему собрату-шкуродёру. В конце концов, они будут защищать твою задницу в Зелёнке.
Кобург встал и начал ощупывать ящик, на котором сидел. Но Таннгейзер оказался быстрее. Он вытащил из-под него что-то длинное, похожее на обёрнутую в просмоленную ткань лазерную винтовку.
— Да, вот она, брат, — рассмеялся он и бросил её отчаявшемуся Жрецу."
"— Бог-Император обрушит Своё божественное правосудие на тебя. Повелитель Человечества видит твою душу насквозь, — прямо заявил снайпер, но уже спокойнее, потому что держал Стража в руках.
— Эй, а я здесь причём! — возмутился Таннгейзер.
— По вашим делам судить будут вас. — Пробормотал Жрец, целуя священный символ, висевший на цепочке на шее рядом с армейскими жетонами.
