И он думал о том, что произошло с Ансгаром и Джеральдом, и живы ли они."
"После орочьей засады Храмовники перегруппировались на поляне посреди дикой искривлённой местности, где деревья и растения выглядели ещё более болезненными и испорченными, чем раньше. В целом лес поредел, свободные участки между деревьями становились всё больше и встречались всё чаще. Последние несколько километров оказались для рыцарей самыми простыми из всех, что завели их в такую даль.
Силуэты деревьев на фоне сине-фиолетового неба создавали впечатление, что квои застыли в мучительной агонии.
Джунгли словно умирали, но никак не могли окончательно умереть.
Ставшие причиной ужасных потерь истребительной команды дожди прекратились. Бесцветные грозовые тучи продолжали двигаться на запад, они не стали меньше, как и вызванные им ливни, и в воздухе сохранилась гнетущая атмосфера.
Всех рыцарей потрясла потеря брата Ансгара и дредноута Джерольда. Утратив двух самых славных боевых братьев Солемнского крестового похода, они не просто лишились двух воинов.
Орден остался без незаменимых сокровищ: корпуса военного шагателя-дредноута, чёрного меча чемпиона крестового похода и доспеха веры. Но то, что в начале ошеломило Храмовников, в следующий момент встряхнуло их сильнее ненасытных диких орков.
— Пусть гибель наших братьев не окажется напрасной! Без страха! Без пощады! Без сожалений!
Вдохновлённые страстными словами капеллана рыцари атаковали оставшихся зелёнокожих. Угрозы с тыла больше не существовало — ксеносы отправились на смерть вместе с Ансгаром и Джеральдом, их черепа разлетелись вдребезги на торчавших из бурного потока камнях или они утонули в водах свирепой реки.
Чёрные Храмовники прорубались сквозь диких ксеносов, в праведном гневе перебив их всех до единого.
Теперь насчитывающая одиннадцать воинов истребительная команда больше ничего не могла сделать для Ангара и Джерольда, кроме как молиться Императору, дабы Он взял их под свою защиту. Они продолжат выполнять принесённый обет — вернуть утраченное геносемя братьев — с новыми силами и стальной решимостью.
Во время перегруппировки посреди мерзких джунглей и подсчёта потерь их не оставляло странное чувство.
В мрачной окружающей атмосфере появилось что-то новое. Чем ближе космические десантники приближались к центру метеорологического возмущения, тем хуже всё становилось. Болезнь в воздухе. Порча Хаоса. Чувство, что за ними словно кто-то наблюдает.
И только сейчас Вольфрам заметил фигуры, стоявшие за линией деревьев.
