Мотоциклисты возбужденно давили на газ, а молодчики, цепляющиеся за борта полугусеничных вездеходов и бронетранспортеров, а также боевых фур, сконструированных из трофейной имперской техники, выпускали одну обойму за другой из своих тяжелых «пулял», горя нетерпением схватиться с врагом.
Десантная капсула обрушилась с небес, словно гнев самого Императора. Каменно-твердые пласты льда содрогнулись от удара, и по ним побежала сетка предательских трещин."
"Пушечное эхо посадки все еще носилось над изрытым оспинами ледником, когда бронированная капсула распахнулась и оттуда показалось орудие священной мести Императора.
Автоматические зарядные устройства включились со щелчком, и шестиствольная штурмовая пушка пришла в движение. Четыре огромные робоконечности сжались в кулаки, достаточно большие, чтобы с легкостью раздавить орочий череп. Их работу сопровождал гул сервомоторов, которые придавали каждому пальцу мощь неумолимо ползущего ледника.
Тяжелыми механическими шагами священный дредноут выступил из кокона своей посадочной капсулы, как чудовищный металлический жук из адамантиевой скорлупы. Он пробудился и был готов к бою.
Биосенсоры просканировали быстро надвигавшуюся линию орочьей техники. Интеллект, связанный с машинным духом дредноута, проанализировал поток информации — все: от средней скорости и вооружения до поправки на ветер. Дредноут выжидал. Опыт, приобретенный на тысячах полей сражений в сотнях миров — в том числе и на этом забытом Императором куске скалы, — включился в игру, всплывая из глубин подключенных к мозгу имплантатов.
Орки никуда не денутся. Он мог позволить себе быть терпеливым. В конце концов, месть лучше всего подавать холодной.
Огонь тяжелых орудий вспахал промороженную землю у его ног. Нечестивые ксеносы заметили, как он упал с небес на огненных крыльях, подобно ангелу отмщения, и теперь, когда дредноут оказался у них на виду, орки обрушили на него всю мощь своего незамысловатого арсенала.
Их выстрелы выбивали из исчерченного пулями ледника осколки льда размером со снаряд «Хищника». Большая часть дождем сыпалась вниз, барабаня по древней адамантиевой броне дредноута. За столетия ей довелось выстоять против гораздо худшего. Ледяные обломки разбивались о корпус, не причиняя ему вреда. Некоторые рассыпались в пыль.
