Аромат страсти

 — Сидящий подо мной шеф напрягся явно не из-за близости моего юного девичьего тела. — Я распорядился, чтобы выдали все в точности по заявке. Может, какие-то бумаги задержались в экономическом отделе?

— Думаете? — Эльфийка была сама сосредоточенность, как будто от этих документов зависела жизнь всей вселенной. — Что ж, возможно, и так. Зайду к ним.

И уже в дверях госпожа «порву шаблон» позволила себе немного иронии:

— Продолжайте, не буду мешать.

— Медвежоночек, ты мне сейчас ребро сломаешь. Зачем я тебе со сломанным ребром?

— Ты мне любая мила, — сконфуженно проворчал шеф, ослабляя захват.

 — Но лучше, конечно, целая и невредимая.

Я уже хотела было расцеловать медвежонка (такой трогательный момент!), но коварный разум решил иначе. Мало того что Эллаида всю романтику испортила, так еще и собственная рассудительность внезапно рванула в первые ряды. В общем, я абсолютно неромантично уточнила:

— Эдриш, а скажи-ка мне честно, кому на станции можно доверять? Так, чтоб от и до. Вот ты, например.

На кого сможешь положиться в критической ситуации?

Хайд воззрился на меня в немом изумлении. Он явно не ожидал столь стремительного перехода от нежностей к суровой прозе жизни, но так уж сверкнули звезды. Ну, не виновата я, что у них тут бедлам, а я вся в белом оказалась в самом его центре!

— Не считая тебя и мисс Джиллиан? — наконец уточнил он, удивив ответом. Нет, по поводу кандидатуры мисс Джиллиан я нисколько не сомневалась. Но своей…

Я даже переспросила:

— Ты мне настолько доверяешь?

Смутился.

Не явно, но точно смутился: чуть сморщил нос, прищурился, чуть-чуть прикусил губу и кивнул. И даже попытался объяснить, впрочем запутав еще больше.

— Ты очень чисто пахнешь. Поверь, предатели и подлецы пахнут совсем иначе. Так что да — я тебе доверяю. — И тут же посуровел. — Так что там насчет остального доверия? Что происходит? Это как-то связано с травмой Ан-Лина?

— Возможно. Но я хотела поговорить не о нем, а о Бобе и предстоящем медосмотре.

— О, ты же не знаешь…

Окончательный переход на «ты» произошел как-то сам по себе.

Просто сложно было продолжать выкать шефу, сидя у него на коленях. Он хоть и ослабил объятия, но не настолько, чтобы я смогла пересесть. Пришлось рассказывать так.

Сначала сбивчиво, в основном перечисляя все несуразности и нестыковки и присовокупляя к ним собственные наблюдения и выводы. Но шеф слушал внимательно и не перебивал. И даже не думал обвинять меня в бурном воображении и полном отсутствии логики.