Аромат страсти

Лу?

— Куда вы без меня… — Вампир с отчаянным вздохом взлохматил волосы на макушке и взмахнул рукой. — Му, наливай. Будем догонять дока по мужественности.

И мы выпили. Потом тяпнули. Вздрогнули, хлебнули, поддали и в край набухались. По крайней мере, я. И вроде понимала, что совсем не время, но душа требовала перезагрузки, как и мозг. Завтра мне будет плохо, но на то я и врач, чтобы в первую очередь изобрести личный антипохмелин, дожидающийся своего часа в личной аптечке.

У меня вообще много чего было в личной аптечке.

Как мы ходили на вечерний обход, помню смутно. Но точно помню, что ходили. Хотя лекарства Бобу колол Муар как самый прямоходящий из нас, а вот шефа я осматривала уже сама. Лежа. На нем. До Анатоля не дошли — он заранее из-за ширмы отчитался, что чувствует себя прекрасно и не будет отнимать наше время. Пфф! Нашим легче! Зато я еще раз осмотрела шефа. Своего медвежоночка. Который завтра точно оторвет мне голову.

— Где справедливость?

— Нет ее, док, — морально поддержал меня Лу, пока Муар поддерживал меня физически, вынося из стационара.

 — Ну, мы это… пойдем. А вы двери закрывайте — и спать. Завтра с утра и докумекаем.

— Дом-мекаем! — подтвердила я и отправила уходящим фельдшерам прощальный поцелуй. — Мы такие, да-а-а…

— И что вы домекаете? — хмуро поинтересовались у меня за спиной, заставляя испуганно вскрикнуть и подпрыгнуть на месте. — Да стой ты, алкашня! Ну кто столько пьет?

— Я пью! У меня стресс и вообще — душевные муки! — разозлилась я, когда поняла, что это не враги, а Анатоль.

В одних трусах и с поджатой ногой. — А ты — марш в кровать! У тебя режим! А то выпишу досрочно и без оплаты больничного!

Наверное, не стоило так резко взмахивать рукой, потому что сознание сделало кульбит, и пол поплыл.

Но мой верный рыцарь, любовь всего моего детства, не подвел, и до пола я не долетела.

— Ох, и выпороть бы тебя… — ворчал Ан-Лин, скачками неся меня в спальню. — Вот где твоя ба, когда она так нужна?

— Ба? — Воспоминания не такого уж и далекого прошлого накатили так резко, что я не удержалась и всхлипнула.

 — Нету больше моей ба… Одна я осталась. Совсем одна-а-а…

Стало так себя жалко, просто ужас. Но подлые слезы отказывались показываться на глазах, так что пришлось всхлипывать на сухую. Покрепче сжимать шею добровольного носильщика, мстительно прицарапывая ее ногтями, и молить праматерь, чтобы эти безумные скачки наконец закончились.

Иначе меня точно стошнит.