Аромат страсти

 — Я перевела взгляд на таймер и табло, где неторопливо высвечивались цифры с количеством тромбоцитов, лейкоцитов и прочего. — Еще несколько минут, и закончу.

— Прекрасно. Потороплю рабочих.

Элла отправилась в операционную, я же настороженно прислушалась к подозрительным шумам с совершенно другой стороны. У меня слуховые галлюцинации или в приемной кто-то знатно скандалит?

Даже принюхалась неосознанно и почти сразу же замерла в откровенном шоке. Быть не может!

В отличие от эльфа, предпочитающего дожидаться очередного этапа работы на кушетке у двери стационара, я вместе с анализатором была куда ближе к дверям как раз таки приемной, так что посторонние запахи почти не мешали.

Но в то же время я не могла поверить собственным ощущениям. Вот запах свежего оборудования, смазки, упаковки… Запахи эльфов, Боба, крови… Едва уловимый аромат таурина, принявшего душ утром, и еще один — абсолютно чужеродный для станции запах. Запах яркого солнца, аромат элитного курорта, благоухание роскоши и дух звериной ярости — все это смешивалось воедино, создавая неповторимый букет, грозя выломать дверь в самое ближайшее время.

Выдохнув и поискав в себе остатки спокойствия, я мимолетно пожалела, что выпила не пять доз, а всего три, и разблокировала дверь. Моему взору предстало поистине удивительное зрелище: нашествие какой-то венценосной мадам со свитой из пяти мощных гвардейцев в незнакомой форме.

И все они были хайдами.

Муара я заметила случайно — сидящий за столом на фоне гостей он просто потерялся.

Судя по раскрасневшемуся лицу и судорожно сжатым рукам, фельдшер держался из последних сил — во время открытия двери я услышала очередную колкую фразу мадам, требующую руководство и попутно оскорбляющую нерасторопного Му, отказывающегося пускать ее дальше приемной.

Оскорблять мадам умела, я даже невольно заслушалась. Но вот она увидела меня, прервалась на полуслове, едва заметно дернула носом, словно принюхивалась, и раздраженно скривила безупречные губы. Она вообще была безупречна.

Почти как эльфы. Явно в возрасте, но очень ухоженная. Стройная, изысканно одетая в немного старомодное серебристое платье с корсетом, пышной юбкой и жакетом в тон, в дорогих украшениях, сияющих чуть ли не по всему телу, в том числе и в каштановых волосах, не тронутых сединой. Да и вид сопровождающих, одетых одинаково, говорил сам за себя — к нам снизошла звезда.

— Милочка, кем будете в этой богом забытой дыре? — поинтересовалась она у меня, подходя ближе.