Аромат тьмы

Конечно, Фрей ощутил, как ослабло сопротивление моих рук, удерживающих его на расстоянии — для такого хищника мое противодействие ничтожно, но он явно не хотел давить — обольщал, редиска коварная! Его губы накрыли мои мягким поцелуем, поцелуем-знакомством, без захватнических попыток, осторожным, нежным. Мы пробовали друг друга на вкус, интимно касались друг друга. Я оказалась дезориентированной этим поцелуем. Мне достался невероятный мужчина — загадка, ходячая язва и насмешник, воин-убийца, пришелец из другого мира и… ласковый соблазнитель.

Мои губы нежили и, стоило мне расслабиться, поцелуй углубился, сплелись наши языки… Я окончательно забылась, потерялась в ощущениях, отдалась на волю чувств. Ладони Фрея уже по-хозяйски сминали мои бока, ласкали грудь, гладили шею и лицо, казалось, он был везде… а ведь это только поцелуй.

Но нас прервали! Громом среди ясного неба прогремел предупредительный стук в дверь из коридора в кабинет. Следом раздался настойчивый голос Иора:

— Господин, есть новости!

Только что расслабленный и страстный Фрей за секунду превратился в злобного зверя.

— А вдруг это про Лесиру? — хрипло, напряженно напомнила я.

И почувствовала, как загорелись от смущения щеки. Стоило Фрею вернуть мне внимание, обвести меня взглядом, растрепанную, возбужденную, ярость испарилась с его лица. А глаза весьма натурально полыхнули багровым пламенем.

— Если откровенно, то мне плевать на все, кроме тебя, — заявил он, зарываясь пятерней в мои волосы у виска и с жутковатым голодом любуясь мной.

— «И» тоже будет, обещаю. — Ухмыльнулся с пошловатой ухмылочкой этот недовампир.

И сместился в сторону. Я суетливо вскочила и ринулась в купальню приводить себя и нервы в порядок. К накрытому завтраком столу я выплыла с гордо поднятой головой, чтобы стыдливо-смущенной девицей не выглядеть, в очередном черном красивом платье бывшей хозяйки замка, с убранными в длинную косу волосами.

— Надень украшения, — в приказной манере посоветовал Фрей.

— Зачем? — удивилась я, оценивая его непритязательный наряд: строгий, темно-зеленый, глухой сюртук с воротничком-стоечкой, из украшений лишь ремень с поясными кинжалами и черные прямые штаны, заправленные в сапоги.