Аромат тьмы

Как правило, в такой сделке печатью сковывается энергия души, а эта проныра, похоже, воспользовалась молодостью и неопытностью «покупателя». В итоге он заклеймил только ее тело. А может заранее все просчитала и продумала, умная тварь, должен признать.

— Тогда зачем столько сложностей с осадой? — недоуменно спросил Иор.

Фрей, пожав плечами, пояснил:

— Сам подумай. Осадой она убедила нас, что поймали именно ее. И если бы не защита Олеси, Дашейн бы стал причиной нарушения договора. Так же как сейчас появился бы дальмейн и забрал девчонку в свой мир.

В результате законники короля увидели бы, что Лесиру поймали, но ее утащило в неизвестность порождение мрака. Проверить та ли это Лесира, черный маг или подставная кукла, никто бы просто не успел. Но однозначно все поверили бы долгожданному событию: избавлению Арима от черного чудовища в женском обличье. А она бы тем временем покинула Кверег абсолютно свободной от нашего внимания и долга перед дальмейном.

— У нее почти все получилось, — всхлипнула я, уткнувшись лбом в Фрея, — если бы не ты.

— Должна будешь лично мне! — прозвучало мне в макушку с мрачноватой насмешкой.

— Угу, — согласилась я ему в грудь, мысленно успокаивая себя, что с ним разберусь при случае, а пока и так горло свело и колени дрожат.

— Выходит, сейчас ты натравил порождение Мрака на Лесиру? Чтобы он выполнил за нас нашу работу? — хохотнул Иор за моей спиной.

— Скорее я исправил его ошибку. Но от этого он будет еще злее на нее. Эта тварь лишила меня счастливого будущего, за что должна заплатить не меньшую цену, — подозрительно безэмоционально ответил Фрей, затем, подхватив меня на руки, расправил крылья и взлетел, сообщив воинам: — Жду в замке.

Глава 10 О пользе совместного отдыха

В хозяйские покои мы вернулись, как положено, через двери. При этом нас провожали очень неоднозначными, настороженными взглядами. Плохой признак, пугающий: ведь когда так боятся, может настать момент, когда захотят избавиться, чтобы обрести уверенность в собственной защищенности.

По замку я «шествовала» на руках у Фрея, который ступал как властелин всея Арима, даром, что его «мантия» пострадала в бою с демоном. Его достоинство никак не умаляло рванье, в которое превратились его штаны и рубашка.

Пока Фрей меня нес, удалось поближе познакомиться с его багровой шевелюрой, щекотавшей мое предплечье. Я расхрабрилась и свободной рукой потрогала гладкие, блестящие пряди: шелк, одним словом.