Артефактор. Книга 10. Маска теней

— Серьёзно? — расхохотался я, обводя широким жестом берег.

Вода уже бушевала, яростно атакуя берег. Здесь ветер уже был таким сильным, что сбивал с ног. Я увидел, как мимо нас пронесло крупную чайку. Неместная, наверное. Местные либо способны противостоять, либо вообще не высовываются в такую погоду.

— А, ну да, точно, — покраснел парень. — Заметно.

— Ты где витаешь, Тимофей Петрович? — меня его невнимательность встревожила.

— Простите, ваше сиятельство. Задумался, — он умолк, закусив губу.

Ясно, природница.

Павлова в оранжерею вернулась, но разговоров по-прежнему избегала. Да и времени у меня не было, честно говоря, выяснять, что же решила княжна.

— Ваше сиятельство, — напомнил я ему о его новом статусе. — Говори уж.

— Екатерина Дмитриевна… — поначалу смело выпалил он, но запнулся, причём и натурально, то есть о камень. — С отцом познакомить желает, в общем. Ну, с князем то есть.

— И в чём проблема? — я старался смотреть под ноги, чтобы не поскользнуться на уже мокрых от волн скалах.

— Вести-то себя как… — так тяжко вздохнул тот, что штормовой ветер позавидовал бы такому напору.

— Подожди, — я остановился, понимая, что на ходу не получится обсудить, оба свалимся. — Так они помирились с отцом?

— Не совсем. Я не знаю, — с отчаянием вскинул руками Тимофей. — Александр Лукич, я не могу понять, как с ней иногда разговаривать! Задаю прямой вопрос, а она: ну а сам как думаешь? И взгляд такой, что ясно сразу. Ошибёшься и конец, — он продемонстрировал вывод, проведя пальцем по горлу.

— А что мне думать-то? Я же и спрашиваю, потому что не знаю!

— Так. Учитель по этикету у тебя будет, насчёт этого не переживай. Лучший из возможных. В грязь лицом перед князем точно не ударишь. А что касается Екатерины… Её светлости, то есть. Держись.

— Держись? — так обиженно переспросил он, что я не удержался и усмехнулся.

Мол, и это весь совет? Его глаза сверкнули в свете далёкой молнии.

Ну а что ещё сказать? Что всё придёт со временем? Понимание, что мы очень разные.

Мужчины и женщины. По-разному думаем, чувствуем, стремимся к разному. И в этом-то вся прелесть. Так природой заложено. И наладится всё, если есть любовь. Будет нелегко, но наладится.

Я вот во взгляде Тимофея видел, что готов тот свернуть горы, осушить моря и даже мне по морде дать за усмешку, пусть причину он её и не понял. И всё ради природницы. А значит, точно справится.

Парень с эмоциями совладал быстро.