Артефактор. Книга 10. Маска теней

На этом тема тёмных была закрыта и разговор вернулся к бытовым проблемам.

Драговит Ижеславович заверил, что будут приняты меры безопасности, уже сделаны соответствующие контуры и укреплена защита практических помещений.

Мне хотелось поговорить с Баталовым наедине, так что я еле усидел до конца собрания. А после него менталист сам сделал знак следовать за ним. Пока мы шли в кабинет ректора, во мне упорно не таяла надежда, что Роман Степанович не решил всё свалить на меня. Он бы точно предупредил или хотя бы намекнул.

Ряпушкин тоже присоединился, но чуть позже. До прибытия управляющего заведением мы вели вполне себе светскую беседу.

— Благодарю вас за чудесный вечер, — Баталов улыбнулся с ностальгией. — Не припомню, когда в последний раз так хорошо проводил время. Всё работа да работа… У вас замечательные близкие и друзья, Александр Лукич.

— Полностью с вами согласен. И рад, что вы входите в их число.

Со своими нюансами, но менталиста я уже считал если не другом, то приятелем.

— Спасибо, — искренне ответил он. — Мне дорого ваше отношение.

Повисло неловкое молчание, которое, к счастью, прервал ректор. Раздав всем распоряжения, он позаботился о напитках и угощениях, после чего пододвинул мне папку.

С первого листа на меня смотрел довольно суровый парень. Гарольд Олафссон.

— И кто это? — спросил я Ряпушкина.

— Вы лучше сами прочитайте личное дело, — мягко попросил Баталов.

Я перелистнул, и брови мои поползли вверх. Теневик с потенциалом высшего ранга! Подтверждённый испытаниями вывод. Причём как зеркалом силы, так и каким-то ритуалом, принятым в северном королевстве. Потому как этот студент к нам прибыл от соседей. По обмену, так сказать.

Мало того, Гарольд оказался внуком того шамана, что участвовал в переговорах. Второе лицо после короля. Очень уважаемый знатный человек, если по-нашему.

И Олафссон уже взял начальный ранг, то есть умел управлять с тенями весьма прилично. При этом успел поучаствовать в каких-то локальных заварушках и показать воинскую силу.

— Подождите… — я перечитал последние строки несколько раз, но слова никуда не исчезли. — У него волк?

— У них так принято, — ректор пожал плечами. — Что-то вроде фамильяра. Каждый, кто проходит испытание и показывает большую силу, уходит в лес.