— Ваше сиятельство, позвольте я его затяну в мир духов. Буквально на минутку, ему хватит, чтобы вспомнить о манерах.
Конечно же, она не могла этого сделать, но об этом парень не догадывался. И резко побледнел, пытаясь отползти на локтях. Вот так всегда: больше всего страшишься того, что неизвестно.
Уползти злодею не дал один из львов, зверь зарычал и приблизился.
— Боюсь, ваша светлость, невозможно вспомнить о том, чего никогда не знал, — поддержал я её игру. — Но может и стоит…
Я сделал вид, что задумался над её предложением.
Дед хмурился, пока мы говорили, и вдруг тоже вступил:
— Давай всё же прихлопнем его, Александр. И ты его душу вытянешь и тоже призраком сделаешь. Вот тут как раз, в дальнем углу сада, и оставим маяться. Глядишь, одумается. Ну а нет, так других воришек отпугивать будет.
— А чойто в этом сразу? — оживился Прохор и махнул рукой в противоположную сторону. — В том надо, оттуда постоянно пацаненки лазють за яблоками! Пущай пугалом поработает, гадёныш. Рожа подходящая у него.
Уж не знаю, понял ли слуга, что мы блефуем или всерьёз всё воспринял, но это добило нервы парня.
Перспектива стать призрачным пугалом отчего-то послужила последней каплей.
— Вы что, психические? — завопил он. — Я требую жандармов! Сдайте меня жандармам!
— Требует он… — хмыкнул дед.
— Требовалка у тебя не доросла! — пригрозил ломом Прохор.
Я понимал, что стремительно теряю всю злость, меня распирал смех. Я прикрыл глаза рукой и потёр их, отгоняя веселье. Нужно закончить и на самом деле вызвать служивых.
— Ладно, — громко сказал я, перебивая их обоих. — Пугало так пугало. Так лень силы тратить, но что поделать. Так что если получится не очень, уж не обессудьте, с недосыпа могу перепутать части тела там, например.
Именно в этот момент рядом приземлилась гаргулья. В её пасти была жирная чайка, просто-таки гигант. Птица верещала так громко, что я поморщился. Гаргулья выплюнула добычу к моим ногам и довольно курлыкунула.
Парень испуганно икнул и закатил глаза.
Я проследил, как чайка улепётывает вглубь сада, моя птичка даже ничего не повредила.
Но добыча решила уйти по земле, резонно опасаясь воздуха.
— Слабоватый какой-то, — оценил слуга обморочного. — Молодёжь нынче не в меру нервическая.
Я не стал ему напоминать, как он сам вчера чуть чувств не лишился при виде ангела. А тут целая компания пугающих существ. Но, в общем, был согласен — нервы у молодёжи не такие крепкие.
Мы в своё время, когда с драконом встретились, себя более достойно вели.
