Похоже на…
Он замолчал и вопросительно посмотрел на меня. Я покачал головой: вслух говорить о применении тёмной магии не стоило. Даже дома.
В сеть я её вплёл так, что следов не найдут. На крайний случай, признаюсь что приобрёл незаконным путём. Проблемы, конечно, могут возникнуть. Но не такие, как если бы узнали, что я владею силой смерти. Наверняка сразу постараются убрать.
Патриарх моё молчание истолковал верно. Пусть ему это и не понравилось, но возражать он не стал. Защита собственного дома у него тоже была приоритетнее.
— Вы можете меня подключить к питающему контуру, — вдруг подал голос призрак. — Я смогу перенаправлять эфир в случае более серьёзном. Всё же думать, что и в следующий раз придут такие придурки, глупо. Я же могу усилить действие сети в несколько раз и тем самым дать время на отпор.
Я с удивлением взглянул на предка. По сути, он добровольно соглашался ограничить себя территорией особняка. Теперь, обретя относительную свободу передвижения.
— Право, Митрофан Аникеевич! — патриарх поперхнулся водой.
— Вы будто к войне готовитесь.
— Я к ней всегда готов, — ворчливо ответил предок. — Врагов недооценивать — себе дороже. Лучше подстраховаться.
— Так проще вообще запереться в своих четырёх стенах и света белого не видеть, отовсюду ожидая врагов, — недовольно заметил Лука Иванович.
— А я и был заперт, — резко бросил призрак и отвернулся к окну.
— Извините, Митрофан Аникеевич… — дед растерялся.
— Я тоже могу помочь его сиятельству, — вступила княжна, своим нежным голоском сразу разряжая обстановку.
— Буду подпитывать его во время усиления сети. Так мы гораздо дольше продержимся.
Предок кинул быстрый взгляд на Давыдову, и я успел заметить лёгкую улыбку на его лице.
Действительно, идея была отличная. Как ни был силен один призрак, два таких — уже непреодолимая мощь. Они вполне могут сдержать и несколько высокоранговых магов.
Я понял, что тоже увлёкся навязчивым желанием превратить особняк в неприступную крепость. Впрочем, это как раз лучше делать до появления реальных врагов.
Так что не паранойя, а предусмотрительность.
— Мне нравится ваша идея, Ангелина Павловна, благодарю, — я улыбнулся прелестному духу.
Княжна сдержанно кивнула, принимая похвалу.
Птица на подоконнике, ничуть не смущённая призраком, требовательно чирикнула. Я собрал оставшиеся семечки и кинул ей."
"Неожиданно родоначальник стал виднее, собирая в себя эфир. Я ощутил, как он стремительно перегоняет его в правую руку.
