Артефактор. Книга 9. Ключи мира

А вот это интересно…

Мне не удалось толком изучить это вещество, да и не так было нужно тогда, честно говоря. Других задач было достаточно. Всё, что я помнил — пыль давала скачок на несколько рангов, но обратный эффект мог и убить.

В общем, правда была несколько иной. Не просто скачок, а в некоторых случаях приобретение другого аспекта. Но с тем же исходом, то есть практически стопроцентно летальным.

Казаринов как-то узнал, что тайная канцелярия занимается этим делом. И проявил инициативу, проникнув к тучковским.

Глупый поступок, в этом я был согласен с Баталовым. Без поддержки, без особой силы и без информации, собранной до этого. Понадеявшись лишь на тени, парень попытался подслушать какой-то важный разговор на важной встрече с поставщиком. Подкрался в тенях, откуда его грубо выдернули.

Что именно там произошло, было неизвестно. Но в итоге Михаила накачали этой звёздной пылью, чтобы это выглядело как несчастный случай.

Вот только парень выжил. Либо количество вещества было таким, что привело к стабильному изменению как ранга, так и закреплению второго аспекта, либо… Других вариантов не было, короче говоря. Стечение множества непредсказуемых обстоятельств привело к тому, к чему привело. И повторять такое никому бы не захотелось. Тем более что за жизнь смельчака пришлось побороться долго.

При этом сознался он не сразу, побоялся гнева приёмного отца. Да и очень стыдно было за необдуманный поступок.

Когда же Казаринов всё рассказал, то к этому времени уже объявился я. И ненароком сам разогнал эту шайку. К сожалению, лаборатория была уничтожена. А следы поставщика найти так и не удалось. Тут уже вмешался Тимофей, сводя счёты с главарём, который единственный мог вывести на след того, кто привозил звёздную пыль.

Рассказ Баталова немало меня удивил. Но и объяснил тоже многое.

Например то, что текущее задание Михаила было попыткой помириться после грандиозной ссоры из-за Тучкова буяна. Уж больно теневик корил себя за безответственность и расстраивался, что ему не поручают ничего стоящего. Оттого и чувство вины у Романа Степановича было вдвойне сильнее. Не просто не уберёг, а ещё и поручил невыполнимое, получается.