Артефактор. Книга 9. Ключи мира

Усталым, помятым и хмурым. Мой цветущий вид и запах пирожков из корзинки, которую я прихватил с собой, пришлись некстати.

— Мне бы ваши годы, Александр Лукич, — ворчливо отметил он, жестом указывая на остров. — Пойдёмте, нас ждут.

Вот как раз годы и сказались на приоритетах. Держать баланс между спасением всего, что нужно спасать, и собственным самочувствием. Усталый герой — ошибающийся герой. Да и злой в итоге.

Мы прошли через ворота и оказались на ухоженной территории. Аккуратные кирпичные строения, зелёные газоны и лужайки, повсюду деревья и цветы.

Здесь обустроили общественное пространство и даже в ранний час уже были гуляющие. Большое круглое здание манило вывесками, говорящими о заведениях, принимающих гостей.

— Вот что, Роман Степанович, — заявил я тоном, не терпящим возражений. — Сначала мы с вами займёмся другим важным делом.

Баталов встревоженно оглянулся. Но врагов нигде не нашлось, и он нахмурился ещё больше прежнего.

— Что случилось, ваше сиятельство?

Я зашёл внутрь здания и пошёл на аромат кофе.

Взял нам по большому стакану и вышел, протягивая менталисту его порцию. Пока недоумевающий мужчина разглядывал нежданный дар, я направился к лужайке, где заметил удобные шезлонги.

— Садитесь, — приказал я, указывая на соседнее место.

Баталов от растерянности послушался. И даже первый пирожок, всунутый ему в руку, съел без протестов. Да и второй тоже. После он, наконец, улыбнулся и всё же посетовал:

— Ну как вы можете в такое время о еде думать?

— Ещё? — протянул я ему третий.

— Конечно, — рассмеялся менталист.

Пятнадцать минут на зелёной лужайке с видом на канал, и всё кардинально изменилось. Баталов повеселел и расслабился. И подкрепился, ведь судя по аппетиту, не ел он со вчерашнего дня. Да и я позавтракал по-человечески.

Пели птицы, по реке проносились катера, а вдалеке ретивые служащие стригли газон. Новый день начинался отлично.

И всего-то нужно было — четверть часа. Порой это очень много.

— А хорошо здесь, — с каким-то детским удивлением отметил Роман Степанович, осматриваясь.

— Столько раз был, а не замечал как-то.

Мы ещё пять минут просто помолчали, слушая звуки просыпающегося города. А затем так же безмолвно поднялись. У Баталова даже походка изменилась — он будто пританцовывал, ведя меня к входу в сокровищницу. Он оказался спрятанным в одном из технических помещений. Обычная дверка, обитая потемневшей фанерой и с неприличными надписями.

Зато магией фонило так, что и самому на ум пришли не самые лучшие выражения.