Аруна

Утром, плотно позавтракав, мы оставили двух новых жительниц заниматься повседневными делами, а сами отправились проверить ловушку.

— Мама, — негромко сказала я, выглядывая в долину, — а так и должно быть?

— Впервые такое вижу, — также тихо ответила она, не сводя взгляда с прелюбопытнейшей картины внизу.

Стадо бизоков окружило нашу ловушку: кто-то из них лежал подле, кто-то ходил неподалёку, лениво щипля траву, но стадо однозначно пока не собиралось от ямы никуда уходить.

— Я не вижу, чтобы кто-то из них туда провалился, — размышляла я вслух.

— Туда точно кто-то попал, — возразила мама, — наша маскировочная крышка отсутствует.

— Тогда это кто-то маленький, — предположила я и тут же до меня донеслось жалобное мычание. А ему ответило с десяток лужёных бизоновых глоток.

— Мы поймали телёнка, — ошарашенно прошептала мама.

Два долгих дня мы не могли спуститься в долину, но и наше ожидание подошло к концу: стадо, не найдя выхода для своего мелкого, отправилось дальше, и когда оно отошло на приличное расстояние, мы спустились вниз, чтобы убедиться уже воочию — на дне волчьей ямы на последнем издыхании лежал телёнок.

— Мама, из него шалаш не сделаешь, и особо голод не утолишь. А это значит...

— Мм? — спросила Райла, глазами полными жалости глядя на нашу первую добычу.

— Мы его вылечим и потом отпустим.

— Что?!

— Или оставим у себя. В хозяйстве всё пригодится, — я пожала плечами, как можно более беспечно.

— А?!

Шок — это по-нашему.

Глава 15

Телёночка из ямы достать было легко, а вот потом начались сложности.

Животному было около двух месяцев и весил он уже около восьмидесяти килограммов. Райла в принципе вполне могла его нести на плечах, уставала она, правда, быстро, но до отвесной скалы всё же дотащить смогла. Там мы, опустив телёнка на землю, сели рядом. Я погладила симпатичную мордашку мелкого бизока.

— Это девочка, — сказала мама, я кивнула, потому что тоже уже выяснила этот вопрос. — Нужно дать ей настойку из кариллы, — добавила она, глядя на малышку.

Телёнок явно хотел пить, я вытащила из заплечного мешка свою миску из сейки, налила в неё настойки и поставила перед животным. Та нас боялась, но, на удивление, не орала дурниной, только вздрагивала от наших движений. А, может, просто сказывалось истощение и у неё не было сил.

— Давай, девочка, попей, тебе станет лучше, — я протянула руку и погладила её по мягкому, плюшевому коричневому боку, только на лбу у неё стояло яркое белое пятнышко.