Асфиксия

Даже стало интересно, с кем она спала до меня и что вообще умеет в постели, раз задаёт такие вопросы? Хотя, вру. Неинтересно.

– У меня есть. Но я ничего не сделаю из того, что тебе бы не понравилось. Правда, есть один нюанс.

– Какой?

– Чтобы выяснить, что тебе может не понравиться, нам придётся многое попробовать.

Она тяжело сглатывает. Бледнеет и вцепляется в сумочку крепче, как будто боится, что если выпустит ту из рук, не сможет оставаться на месте и сбежит."

"– У меня есть время подумать? – наконец выдавливает из себя.

– Сколько угодно. Это же тебе нужны деньги, а не мне.

Пожав плечами, я возвращаюсь на своё рабочее место и делаю вид, что увлечён изучением документов. Тот тонкий момент, когда я вроде бы знаю, что Тоня останется, но не уверен в этом, приятно играет на нервах. Хочется расцеловать Лену за то, что отправила свою «подругу» с её нуждами куда подальше, хотя, как раз именно она могла проявить дружеское участие и выдать Тоне беспроцентный кредит. За маленькой поправкой – дружеское участие моя жена проявляла только по отношению к точно таким же избалованным бабам, как и она.

– Когда я смогу получить деньги? – тихо уточняет Тоня по прошествии нескольких минут, и я едва удерживаюсь от того, чтобы не ухмыльнуться довольно.

– На днях. Мне нужно будет распорядиться, чтобы их приготовили в банке. Или тебе не наличкой?

– Лучше наличкой.

– Окей.

– И это всё?

– А что ты хочешь ещё?

– Ну, какую-то расписку вам дать нужно будет?

Ага, нужно. Чтобы я ей подтереться смог, если вдруг туалетной бумаги под рукой не окажется.

– Намекаешь, что мне лучше тебе не верить на слово?

– Нет! Если я согласилась, я сделаю всё, как мы договорились.

– Ну и всё. О чём может быть ещё базар?

Тоня всё ещё сомневается, после чего встаёт и с тихим «спасибо» выходит из кабинета. Это последнее слово ещё долго звучит в ушах. Я его не заслужил, да и не нуждался в благодарностях Тони. Лучшей отработкой будет хороший трах, к которому мы обязательно придём.

Маленькая дурочка даже не уточнила, как долго будет приходить по собственной воле в мою постель, а я… я не собирался ставить никаких сроков.

Впрочем, я знал – не надоест. В ней было столько всего, что я собирался открывать для себя раз за разом… От картинок, замелькавших перед мысленным взором, член снова встал, как каменный.