Асфиксия

Потому что перед глазами алой пеленой видение – Тоня стонет под Лариным, торопит его и бурно кончает, когда этот старый хер таранит её своим членом. От этого к горлу подступает мерзкое чувство тошноты. После успокаиваюсь, но знаю, что это ненадолго. Пройдёт время и меня снова накроет по полной."

"Утром Лена впервые за нашу совместную жизнь готовит мне завтрак, шутливо жалуясь, что после проведённой вместе ночи у неё ноги теперь нескоро сойдутся. Наблюдая за тем, как она суетливо крутится возле плиты, вспоминаю, как так же готовила еду Тоня.

Странно, что после той ночи жена ни слова не сказала, что знает обо всём. Я был уверен, что знала, иного и быть не могло.

Сегодня ночью пришлось даже не трахнуть Лену – отодрать её во все места. Бесплодная попытка вылить хотя бы порцию своей злости – одна из многих, которые мне ещё предстоят. Но жена была счастлива, даже захотела поиграть в крепкую семью, а я, в противовес своим недавним желаниям, решил пока дать ей такую возможность.

– Я по магазинам сейчас.

Ты на работу? – спрашивает с довольной улыбкой, ставя передо мной тарелку, доверху наполненную омлетом.

Естественно я на работу, кому-то же, б*я, нужно позаботиться о том, чтобы ей было, что тратить в своих бутиках. Жрать не хочется, но беру вилку и начинаю ковыряться в тарелке.

– Да. Чёртов форум.

– Да уж… А я белья хочу купить нового. Шёлк или кружево?

– Что?

– Ну, тебе больше нравится шёлковое или кружевное?

Никогда подобного не обсуждали. Лена сама занималась тем, что упаковывала себя во всякое барахло, я же предпочитал в это не вмешиваться.

– Кружевное.

– Ты не голоден?

– Голоден, всё очень вкусно.

Лгу ей, запихивая в себя омлет, не чувствуя даже досолен он или нет. Со мной такого никогда не было, чтобы вот так – ни аппетита, ни желания куда-то и к чему-то двигаться. И прострация, когда даже не пойму, что предпринять дальше.

– Ладно.

Жена смотрит на меня с сомнением, всего секунду, после чего на лице её вновь появляется выражение, которое обозвать можно только одним словом – «самообман».

Мы заканчиваем завтрак через пару минут. Лена, убрав со стола, уходит переодеваться, я допив кофе, отправляюсь на работу. Это первый день в череде тех, когда я уже начал погружаться в вязкое болото, дна в котором нет.

Тогда ещё я не знал, что таких дней будет много.

Истекает третий день после ужина Тони с Лариным, когда я решаю вечером всё же прокатиться до её чёртова салона. Что собираюсь ей сказать – не знаю, да это и неважно.