Аш. Пепел Ада

Обжигающей волной от затылка, до кончиков пальцев на ногах.

— Опусти руки.

Я судорожно сглотнула, но подчинилась, медленно опустила руки. Моя грудь бешено вздымалась, а внутри поднималась волна жара. Аш обошел вокруг меня и остановился сзади, убрал мои волосы на плечо, наклонился ниже и обжег дыханием затылок. Я зажмурилась, а потом почувствовала, как голой спины касаются кончики его пальцев. Горячие, очень горячие, они плавят кожу, заставляют начать задыхаться.

— Моя, — тихо шепчет он, — моя. Никто и никому.

Моя.

От его хриплого голоса по телу пошли мурашки и соски напряглись до боли, до унизительного желания чтобы он коснулся их так же нежно, как и спины. Оказывается, ласкать можно даже голосом, когда он такой низкий и хриплый, когда от его порочной вибрации дрожит все тело. Его ладони накрыли мою грудь и сильно сжали. Аш прижал меня спиной к себе и ослабил хватку. Потер соски раскрытыми ладонями и мне захотелось жалобно застонать, я запрокинула голову невольно ему на плечо, закрывая глаза в изнеможении, пораженная этой внезапной лаской.

Пытка продолжалась несколько секунд, а потом он резко развернул меня к себе лицом. Долго смотрел мне в глаза, и я растворилась в жидкой магме его зрачков, поплыла, теряя себя, впитывая свое отражение и жадный лихорадочный блеск дикой страсти:

— Ты могла меня позвать раньше, — едва слышно сказал он, сжав мое лицо пятерней и лаская нижнюю губу большим пальцем.

Моя голая грудь касалась материи на его перевязи, и я вздрагивала от сочетания ледяных прикосновений металла пластин и горячих пальцев к моему лицу и губам.

От этого контраста хотелось громко застонать.

— Ты больше меня не слышишь, — прошептала в ответ и в этот момент его ладонь скользнула по скуле к затылку и сильно сжала мои волосы.

— Услышу, если ты этого захочешь. Позови сейчас.

Я смотрела ему в глаза и мое тело и разум отказывались мне подчиняться, со мной происходило нечто невообразимое. Меня лихорадило от его близости, низ живота начало непривычно тянуть и между ног стало влажно.

Я начала задыхаться, не понимая, что со мной происходит, но волны желания накатывали одна за одной, накрывая с головой, пробуждая неконтролируемую жажду. Нечто первобытное, необъяснимое и такое порочное, что мне захотелось бежать без оглядки. От него, от себя. Предательски задрожали колени и в горле пересохло. Я облизала губы кончиком языка и увидела, как он проследил за ним.