Аш. Пепел Ада

Я его ненавидела. Презирала и мечтала, чтобы он сдох. Чтобы корчился в муках агонии.

— Надо будет посажу в клетку. Кстати, твои мечты несбыточны, девочка. Я бессмертен. Запомни в Аду мечты не сбываются, только кошмары.

Он вскочил на своего вороного коня, пристегнул конец цепи к луке седла и пришпорил лошадь. Меня дернуло вперед, и я побежала за его конем. Шею обожгло от трения об ошейник. Думаю, что меня надолго не хватит. После марафона по дикому лесу я не протяну и километра, упаду и кони его воинов, следующих позади, меня затопчут.

Но этого не произошло, потому что я обессилела уже через несколько метров. Переоценила себя. Мои батарейки закончились. Нет, я не сломалась, просто произошло замыкание. Устала. Слезы боли текли по щекам, и я крепко зажмурила глаза, падая вниз, под ноги коня моего Хозяина. Услышала, как сквозь вату:

— Она смертная, не дотянет не то что до Огнемая, а до ближайшей вишты. Лучше убей ее. Мы не можем плестись в таком темпе.

Что-то теплое коснулось моего лица, и я приоткрыла глаза.

Норд облизывал мои слезы. Потом меня подняли с земли, и я почувствовала под собой седло. Обессиленно откинулась назад. К моей шее прижались чьи-то горячие пальцы.

— Очень слабый пульс. Аш, не довезем до Огнемая.

— Довезем. А не довезем значит не судьба.

Я только и успела подумать о том какое же он чудовище прежде чем окончательно погрузится в беспамятство.

* * *— Ну…?

— Живая.

— Что ж они хрупкие такие? Я ни разу не ударил.

— У них это называется шок. Бессмертные теряют сознание после нанесения клейма раба, а тут девчонка.

Цветок будет жечь кожу еще несколько дней, и ты напугал ее до полусмерти.

— Я не клоун чтоб смешить. Она сбежала. Другая поплатилась бы за это жизнью. Пусть радуется, что жива.

— Я б на ее месте тоже сбежал.

Аш натянул поводья.

— Ты защищаешь беглую рабыню? Мне не послышалось?

— Я просто не пойму почему ты кидаешься из крайности в крайность, Аш? Если ты хотел, чтобы она умерла мог позволить гидре сожрать ее.

Аш бросил взгляд на рабыню в седле у Фиена.

Цепь все еще пристегнута к его собственному седлу, ошейник стер кожу на нежной шее до крови, на лице и руках ссадины и синяки.

— Всего пару царапин. Ничего серьезного, — сказал Аш и пришпорил коня, а Фиен следом за ним.

— Тогда какого черта мы продолжаем плестись? Или боишься, что я отстану и ей оторвет голову?

Аш снова осадил коня, а потом рывком пересадил рабыню к себе в седло.

— Поехали. В виште возле Огнемая сделаем остановку.