Какие еще чувства может испытать женщина к той, что манипулирует ее братом, хладнокровно использует его, лишь бы выжить, скрывает свое положение, юлит, пока не получит свое – теплое место, крышу над головой, руку и плечо…
Вот что она обо мне подумает.
Вот что обо мне подумает Харт.
Когда Анджи сунула мне в руку чашку чая, я уже знала, что до конца дня покину этот дом. Позвоню Сету и попрошу забрать меня отсюда. Потом подыщу себе гостиницу или попрошусь на время к кому-то из университетских подруг.
Понятия не имею, что делать в данной ситуации, но зато точно знаю, что голову морочить никому не буду.
– Пей, – сказала Анджи, усаживаясь напротив.
Я сделала глоток: чай был горьким, травяным, пах тимьяном и лавандой. Паника постепенно отпускала меня, и вместо нее появлялись спокойствие и решимость.
– А теперь рассказывай, что произошло. Вы поссорились?
– Нет. Все в порядке.
– Ага, я вижу. У тебя слезы по лицу текут. – Анджи склонила набок голову.
Я провела ладонью по щекам – и правда.
– Расскажи мне, – попросила она. – Тебе станет легче.
Она была слишком хорошей, чтобы лгать ей. Слишком славной, чтобы не сказать правду прямо сейчас. Она мне нравилась, и это придало мне сил. Я сделала глоток чая, отдышалась и сказала:
– Я беременна. Не от Гэбриэла. Вот. – И пока Анджи пыталась собрать мысли воедино, глядя на меня огромными испуганными глазами, я добавила: – Я не буду скрывать это, не волнуйся, и сегодня же уеду.
Я не знала, что беременна, иначе бы не позволила нашим отношениями начаться. Мне не нужен его дом, и вообще ничего не нужно. Кроме него самого. Но что уж теперь.
Я отставила чашку и медленно поднялась. Головная боль, которая, я надеялась, уже не вернется, начала сверлить виски. За последний час мое самочувствие словно сделало резкий реверс и вернулось к исходной точке. Сегодня утром я чувствовала себя почти здоровой, но сейчас не отказалась бы от костыля и горсти обезболивающего.
Анджи поднялась тоже, коснулась моего плеча и сказала:
– Переправа закрыта из-за шторма, ты не сможешь уехать сегодня. Давай я сделаю тебе горячую ванну, тебе нужно согреться. Потом ты расскажешь мне все по порядку, и… мы подумаем, что делать дальше.
В этот момент мой телефон, который я оставила на столике, завибрировал и пополз по лакированной поверхности. Мы обе прочитали имя на экране: Гэбриэл.
