Аспид

В день моего последнего визита все рамки были целы, стекло на полу я уж точно заметила бы.

Я написала Эмме с просьбой связаться со мной. Потом вызвала полицию и заявила о пропаже Гэбриэла. Полицейские составили протокол, расспросили меня обо всем и велели ехать домой, с опаской глядя на мой живот. Я рассказала им о звонке Агнес тоже и попросила совета. Они ответили, что могут проверить, что происходит в доме моего отца, но им понадобится ордер, чтобы попасть внутрь. А получение ордера займет несколько дней.

Твою мать.

Шофер Джованы по-прежнему ждал меня снаружи. Я попросила его отвезти меня к дому отца.

– К МакАлистерам? – переспросил он.

– Да, – кивнула я.

– Я не повезу вас туда. Это распоряжение Джованы.

– Да неужели?

– Мне жаль, мисс. Куда угодно, но только не туда.

– Ладно, – сквозь зубы сказала я. – Тогда поехали домой. Домой к Стаффордам. Хотя нет, подождите, я забыла кое-что в квартире Харта…

Я вышла из машины и снова зашла в подъезд. Нашла дверь, ведущую к пожарному выходу, вышла на другую улицу и поймала там такси.

Аллилуйя, новый таксист больше не задавал вопросов и за денежки был готов отвезти меня даже к серийному маньяку.

* * *На пороге меня встретил сам отец. Видимо, охранник, следивший за камерами на территории нашего дома, успел доложить ему, что сама блудная дочь явилась к нему в гости. На отце была серая футболка с двумя большими темными пятнами под мышками и штаны из джерси с вытянутыми коленями. В его пальцах дымилась сигара, лицо было небритым, и вообще он выглядел так, словно только что закончил жать штангу.

– Мне нужно поговорить с Рейчел, она дома? – просила я. – Я пыталась дозвониться, но не получилось.

– Рейчел приболела, – ответил он, выпуская мне дым в лицо и сверля меня ледяными глазами.

– Что-то серьезное?

– Мигрень.

– Тогда могу я повидать Агнес?

– Агнес в гостях у подружки.

– У какой?

Отец прищурился, лениво улыбаясь.

– У Марии.

Я не могла вспомнить девочку с таким именем, хотя Агнес рассказала мне обо всех своих подругах, когда приезжала на остров.

Отец снова поднес сигару ко рту, и тут я увидела, что в лунках его ногтей запеклись бордовые корки. Словно он красил что-то краской, а потом не смог хорошенько отмыть руки. Кожа на его костяшках была стесана. И еще я увидела пятна на его матерчатых туфлях, которые он носил дома. Тоже все в темно-бордовых пятнах.